§ 29 Тогда Бретиль считался частью владений короля Тингола, хотя он и лежал вне Пояса Мэлиан, и король не дозволил бы Халет поселиться там; но когда Фелагунд, что был дружен с Тинголом, услышал обо всем перенесенном народом Халет, то снискал для нее эту милость: она могла свободно жить в Бретиле, при одном лишь условии – защищать Перекрестье Тэйглина от всех врагов эльдар и не позволять оркам входить в эти леса. На это Халет ответила: «Где отец мой Халдад и брат мой Халдар? Если король опасается дружбы меж Халет и теми, кто убил ее родичей, тогда помыслы эльдар непонятны людям». И Халет жила в Бретиле до самой смерти; и когда она умерла, ее народ возвел над могилой Халет зеленый курган на высоком месте в том лесу: Тур-Дарета, Курган Владычицы, Хауд-эн-Арвен на языке синдар.
§ 30 Так и случилось, что эдайн поселились в землях эльдар, кто – здесь, кто – там, кто странствовал по всей земле, кто жил оседло, семьями или небольшим народом. Почти все они выучили вскоре язык Серых Эльфов, дабы говорить друг с другом, а многие – из желания постигать знания эльфов. Но прошло время, и короли эльфов, увидев, что негоже эльфам и людям жить вперемешку без всякого порядка и что людям нужны владыки из собственного народа, отделили земли, где люди могли бы жить по-своему и назначили вождей, дабы они свободно правили там. Никаких условий на них наложено не было, кроме одного: считать Моргота своим врагом и не иметь дел с ним и его слугами. Люди воевали вмести с эльдар, но шли на битву под началом собственных командиров. А многие из эдайн желали дружить с эльфами и жили среди них так долго, как им позволяли; и юноши из людей часто поступали на службу в воинства королей эльфов.
§ 31 Хадор Глориндол, сын Хатола, сына Магора, сына Малаха Арадана, поступил на службу к Финголфину в юности и обрел любовь короля. Потому Финголфин даровал ему во владение Дор-Ломин, и там Хадор собрал [224]
большую часть своего народа и стал могущественнейшим из вождей эдайн. В его доме говорили лишь по-эльфийски, хотя собственной речи народ его не забыл*. А в Дортонионе владычество над Народом Беора и землей Ладрос получил Боромир, сын Борона, внука Беора Старого.
*От этого языка произошел общий язык Нуменора.
§ 32 Сыновьями Хадора были Галдор и Гундор; а сыновьями Галдора были Хурин и Хуор; сыном Хурина был Турин, Погибель Глаурунга, а сыном Хуора – Туор, отец Эарендиля Благословенного. Сыном Боромира был Брегор, чьими сыновьями были Бреголас и Барахир; и дочерьми сыновей Бреголаса были Морвен, мать Турина, и Риан, мать Туора; а сыном Барахира был Берен Однорукий, что завоевал любовь Лутиэн, дочери Тингола, и вернулся из Мертвых; от них произошла Эльвинг, жена Эарендиля, а позднее – все короли Нуменора.
§ 33 Все они были пойманы в сети Рока Нолдор; и совершали великие подвиги, кои эльдар хранят в памяти среди преданий о королях древности. А
в те дни мощь людей умножила силу нолдор, и воспрянула надежда; и народы Трех Домов людей росли числом и процветали. Величайшим из них был Дом Хадора Златовласого, равного эльфийским владыкам. Многие из его народа походили на него: златовласые и голубоглазые; они были высоки и сильны, скоры на гнев и веселье, яростны в битве, великодушны к друзьям и врагам, быстры в решениях, крепки в верности, радостны сердцем, дети Илуватара во дни юности человечества. А у людей Дома Беора волосы были темными или каштановыми; глаза – серыми и зоркими, лица – прекрасными.
Телом они были гибки и проворны, и стойки в лишениях. Из всех людей они боле всего походили на нолдор и боле всех были любы им; ибо люди Беора были пытливы умом и искусны в ремеслах, скоры разумением, крепки памятью, и охотнее склонялись к жалости, чем к веселью, ибо жила в их сердцах печаль Средиземья. Лесной народ Халет походил на них; но люди Халет были ниже ростом и коренастее, упрямее и медлительнее. Они меньше стремились к знаниям и мало говорили; ибо не любили больших сборищ и многие из них предпочитали свободно бродить одни в зеленых лесах, пока [225]
еще нов и чудесен был для них мир. Но кратким было их время в землях запада и несчастливыми – дни.
§ 34 После прихода в Белерианд срок жизни эдайн удлинился по счету людей; но в конце концов Беор Старый умер, прожив девяносто и три года, сорок четыре из коих он служил королю Фелагунду. И когда лежал он мертвым, пораженный не раной и не болезнью, но лишь годами, эльдар впервые узрели смерть от усталости, коей не ведали сами, и опечалились они быстрому уходу своих друзей. Но Беор в конце отказался от жизни по своей воле и ушел в мире; и эльдар немало дивились странной судьбе людей, ибо ничего не слышали о ней, и конец той судьбы был сокрыт от эльфов. И все же эдайн древности, народ юный и полный сил, быстро постигали искусства и знания эльдар, что могли перенять, и мудростью и умением сыновья их возросли, далеко превзойдя других людей, кои жили, как прежде, к востоку от гор и не видели эльдар и тех лиц, что зрели Свет.