Капитан Вотс, тучная женщина с цветущим лицом, приказала выбрать гнезда и приблизиться к ним командами из трех человек.
Тан, Трансфорд и миловидная соломенная блондинка, представившаяся как Джессилоу Рик, образовали команду и отправились на поиски своего гнезда. Обнаружив одно, они приблизились к нему. Хитина поблизости не было видно, гнездо хранило молчание, выжидая — все замерло в неподвижности. Они переступили с ноги на ногу, вспомнив про куски сахара и лопаты. Затем Трансфорд начал хихикать:
— Что это все значит? Что же мы теперь должны делать?
Тан усмехнулся и кашлянул.
— Ну что, прав я оказался? Миниатюрное натянутое личико Джессилоу недоуменно нахмурилось.
— Над чем вы смеяться вздумали? Вы что, думаете взять это гнездо под контроль, хохоча над ним? — Уперев руки в бедра, она пристально посмотрела на них. Тану это показалось еще более смешным, но постепенно он успокоился, и все трое уставились на выбранное гнездо.
— Ну что же, думаю, нам нужно установить контакт, — заявил наконец Трансфорд.
Они медленно двинулись по направлению к скоплению не правильных коричневато-пыльных колонн и холмиков. Под плавником радиатора просматривались очертания пяти центральных туннелей, свидетельствовавших о размере гнезда и его возрасте — около двух сотен лет. Ему уже хорошо было знакома поступь каждого живого существа, и в особенности звуки шагов человека.
Гнездо находилось в центре области безо всякой растительности. Круг был примерно метров тридцать в диаметре. Когда они ступили на голую землю, норы за их спинами открылись и наружу высыпали воины хитина.
Первым заметил появившийся вокруг них эскорт Трансфорд.
— Эй, взгляните-ка на это, — произнес он глухим голосом.
Полоска грунта шириной метров пять и в метр глубиной позади них была покрыта ковром коричневого и зеленого хитина. Насекомые двигались прямо на них. В намерениях гнезда никаких сомнений не оставалось — им надлежало подойти ближе. Когда они прошли мимо грязно-коричневых башен, на поверхность высыпали новые полчища хитина. Свободной от насекомых оставалась лишь узкая тропинка, которая вела прямо к главному отверстию.
— И что мы теперь должны делать? — спросила Джессилоу.
Трансфорд озадаченно смотрел на насекомых, Тан обливался потом. Воины были четырех дюймов в длину, а челюсти — не меньше дюйма. Они могли применять две различные кислоты — одну слабодействующую, вызывавшую появление опухолей на коже жертвы, другую ядовитую, поражавшую нервную систему человека, зачастую вызывавшую слепоту.
— Ну что же, мы должны установить контакт с визирями гнезда. Это значит, что нам нужно подружиться.
Трансфорд вытащил несколько кусков сахара, наклонился и поставил их перед воинами. Несколько воинов прыгнули вперед, не обращая внимания на сахар, и щелкнули мандибулами с довольно громким звуком. Трансфорд отпрянул назад.
— Подружиться?! — ошарашенно повторила Джессилоу, Они остановились, и то же сделали насекомые. Последовала долгая пауза, а затем из-под земли появилось около десятка других хитинов — более коротких, толстых шмелеподобных насекомых с радужными брюшками, блестевших спрятанными внутри разноцветными протеинами.
— Хитиновые визири, они вышли нас встретить. Визиры подошли непосредственно к Трансфорду, который склонился и предложил руку. Одно из насекомых немедленно взобралось к нему на ладонь. Трансфорд поднял его и нежно почесал спинку.
— Теперь все это не кажется таким уж сложным, — сказал Трансфорд, не прекращая почесывать трехдюймовое насекомое, сидевшее у него на ладони.
Воины двинулись вперед и сомкнулись уже за Трансфордом. Пока он стоял на месте, передние воины проворно вскарабкались на его туфли и укусили его за лодыжку. Трансфорд завопил от боли и прыгнул вперед, а позади него образовался сплошной копошащийся ковер коричневого цвета. Тан и Джессилоу остались окруженными кольцом воинов футов в шесть толщиной.
«Их достаточно, чтобы убить нас, если мы попытаемся бежать». Тан чувствовал, как пот ручьями струился по его спине и по рукам. Из последних сил он попытался сохранить невозмутимый вид, чтобы не пугать Джессилоу.
Вскоре Трансфорд, оказавшийся посреди коричневых колонн, почти уже скрылся из виду, однако продолжал комментировать события высоким взвинченным голосом:
— О, парень, слушай — они взбираются на меня. Их десятки, но они отличаются от остальных — намного меньше, в дюйм длиной, и у них небольшие рты… О, знаешь что? Они пожирают мою одежду! Можешь себе представить? Одежды лишают! Слушай, парень, здесь слишком горячо для, Ти-Джея! Ой-ой-ой!!!
Тан попытался говорить ободряюще:
— Верно, это часть ритуала. Тебя выбрали для того, чтобы спуститься в гнездо. Видишь большую дыру, в которую может человек пролезть?
— Да, сэр, — отозвался Трансфорд, на этот раз слегка неуверенным голосом, — да, нечто подобное вот тут, прямо передо мной. Они сейчас поедают мои брюки. Черт! И обувь тоже прогрызают. Одно могу сказать точно — жуют они быстро.
— Отлично, теперь полезай в нее, Ти-Джей, именно там ты вступишь в контакт с визиревой массой.
После этих слов Трансфорд замолчал. Справа донесся долгий, рыдающий крик. Он длился несколько секунд. У Тана от него мурашки поползли по коже.
— Черт возьми, что это было, парень? — быстро спросил Трансфорд.
— Лезь в дыру, Трансфорд, — сказала Джессилоу.
— Ладно, не уверен, правда, что мне в самом деле этого хочется. Не думаю, что нам следовало так быстро добиться такой близости, если только ты понимаешь, что я имею в виду. Они сожрали всю мою одежду и, похоже, теперь выжидают.
Секундой позднее он пронзительно взвизгнул от боли.
— Да, да, я уже в дыре! О Боже, не знаю, справлюсь ли я… Заберите меня! Кто-нибудь, спасите меня!!! С меня довольно! Эта дыра очень, очень глубока! О нет, Боже, нет! Они заставляют меня спускаться еще глубже, прямо в дыру! О Боже, дыра полна ими, их тут миллионы, и очень темно, о, о, о!!! Они ползут по мне, слышишь, ползут по моему телу, по лицу.., сотни их!
— Не волнуйся. Трансфорд, расслабься и ни о чем не беспокойся! Позволь им изучить тебя, они хотят просто тебя проверить. В общем, расслабься и по возможности не шевелись, — посоветовал Тан, чувствуя собственную беспомощность и излишнюю многоречивость.
На этом этапе обученный заклинатель хитина должен был бы выражать восхищение всем своим существом, поглаживать визирей, издавать негромкие любовные звуки, кудахтать и попискивать, стараться излучать поток любви и тепла на холодный и предельно эгоистичный рассудок гнезда.
Однако мало кто знал об этом за пределами высокогорных кланов. А Трансфорд Джей, разумеется, вообще ничего не смыслил в искусстве любви к насекомым. Если он что-либо и испытывал, то только отвращение.
Со своей стороны гнездо вскоре устало от холодного и безответного человека, которого ему удалось заполучить. Сперва оно решило пожрать его, но затем вспомнило Теплую и Любящую Женщину, которая всегда приносила сладкие ягоды и знала, как первым делом правильно пощекотать подбрюшье насекомого — именно там, где этого хочется каждому визирю. Теплая и Любящая Женщина была бы расстроена, если бы холодный человек был съеден, и память гнезда подтвердила это предположение. Уже было несколько прецедентов.
Обратная дорога над Трансфордом Джеем расчистилась, как по мановению волшебной палочки. Визири отступили в глубокие туннели. Воины укусили его за ноги и погнали наружу большими шагами под крики боли.
Круг вокруг них распался, и все трое бросились бежать к деревьям.
На ногах и руках Трансфорда имелись десятки припухлостей в местах укуса насекомых, а на лице — больше страха, чем у десятерых людей, которым грозит смерть.
— В жизни больше не подойду ни к одному проклятому хитиновому гнезду, — с чувством сказал он.