Глава 28
─ Вот он, ─ сказал мужчина, разворачивая коричневое полотно. ─ Древнейший манускрипт заклинаний. Священное достояние объединенного Египетского царства.
Наблюдая за данным действом, Апола отметила исключительно злорадный настрой. Перед ней переговаривало шестеро египтян и, судя по их одежде, они являлись приближенными самого фараона. Благодаря увлеченности старшей сестры, кое в чем все же она разбиралась. Изысканный лен и ремни со специальной отделкой сразу привлекли ее внимание.
─ А как же шкатулка Менеса? ─ спросил некто, стоящий по правую сторону. ─ Без нее мы останемся уязвимы.
─ Жрецы Ур Хеку скорее умрут, чем допустят кого-нибудь к ней, ─ ответил ему другой. ─ У нас есть книга. Это ли не самое главное!?
─ Шкатулка необходима. Достаточно мига для того, чтобы ей воспользоваться. Если фараон до нее доберется…
─ Не успеет. С книгой мы можем ему помешать. И не только ему.
─ Тогда поспешим, пока стражники фараона нас еще не нашли.
Ничего из сказанного Апола не поняла. Древнеегипетским, конечно, она не владела, но в общих чертах картина была ясна. Ярко-выраженная интонация указывала на многое, но атмосфера враждебности говорила сама за себя.
Приземление вышло не слишком мягким. Аполония вернулась обратно и сделала это совершенно случайно. Ее встретил шершавый древесный пол, удар по которому вновь пробудил мигрень.
─ Ну, ─ озвучила Мэделин, протягивая ей руку, ─ что ты видела?
─ Я видела книгу, ─ ответила ей Апола, ─ большую и необычную. В отношении нее имелись определенные намерения, и мне показалось отнюдь не самые добрые.
─ У кого имелись намерения?
─ У шестерых проходимцев, располагающих весьма не бедственным положением. Они говорили на древнеегипетском. Так, что, я ничего не поняла.
─ Ладно, а что за книга? Чем она примечательна?
─ На ее обложке изображено солнце. По-моему, оно было из золота.
─ Никогда о такой не слышала.
─ Вне всяких сомнений она имела особую важность. Я не видела, что в ней, но ее переплет меня впечатлил.
─ Как обстоят дела с контролем? Ты перемещаешься самовольно, или все еще импульсивно?
─ Думаю, рано пока говорить. Но уже я делаю это лучше. Лучше, чем в первый раз.
─ Хорошо. Тогда продолжай. А мы займемся пока заклинанием. Есть кое-какие идеи.
─ Удачи, ─ сказала Апола, перед тем как умчаться сквозь время.
Поразмыслив пару тройку минут, Мэделин придумала заклинание. Она не была в нем уверенна, но очень надеялась, что оно сработает. Прибегнув к силе проекции, она создала весь необходимый инвентарь, ─ специальную чашу, несколько металлических емкостей, спички, дюжину напольных свечей и лопатку для перемешивания. Так же, она наколдовала ингредиенты, все как один упакованные в полиэтилен. В подобных вещах Мэделин была щепетильной. Впрочем, как и во всех остальных. Взяв в руки чашу, она начала ее заполнять. Некоторые ингредиенты она тщательно измельчала, а некоторые клала целиком. В конце она залила все водой и как следует перемешала. Месиво получилось тягучим, но должно было еще настояться.
По завершению последних приготовлений Донат и Мэделин вошли в круг свечей и разместились прямо напротив друг друга. Их разделяла одна только чаша, полная содержимости серо-коричневатого цвета. Они взялись за руки и приготовились начинать заклинание. В основном все делала Мэделин, но участие Доната играло наиважнейшую роль.
─ Для заклинания потребуется твоя энергия, ─ озвучила Мэделин. ─ Не против, если я ее у тебя позаимствую?
─ Ты еще спрашиваешь?! ─ проговорил Донат. ─ Если я могу быть полезным, то не намерен упускать такой шанс.
─ Ты будешь чувствовать слабость, поскольку часть твоей силы останется в этой чаше. Ты восстановишься. Но на это потребуется время. Час или два. Может чуточку больше.
─ Делай, что нужно. Я тебе доверяю.
─ Опусти в нее руки и не вытаскивай, пока я тебе не скажу.
Так и сделав, ничего кроме слякоти Донат сначала не ощутил. Но как только Мэделин произнесла заклинание, его всего передернуло. Для него это было странно, как если бы, что-то извне ударило его током. Реакции он не выказывал при том, что обещанная ему слабость уже вовсю давала о себе знать.
─ Et relinquam marcam, ─ промолвила Мэделин.
Ее концентрация была абсолютно точной. Она понимала важность происходящего и яростно верила в результат сего проведения.
─ Et relinquam marcam, ─ повторила она.
Содержимое чаши стало внезапно светиться, постепенно преобразовываясь в мутную ледяную жижу.