Азиль мастерски задавал ритм скачки, выдерживая ту самую скорость на которой лошади пройдут весь пусть как можно быстрее.
– Так что же ведет тебя к принцу? – Спросил купец придержав своего коня.
– Я должен выполнить одно его желание. – Хмуро ответил чернокнижник недовольный тем что его оторвали от размышлений. Впрочем, зарождающаяся головная боль довольно красноречиво напоминала о том что нужно отдыхать. С тех пор как врата Куффы остались позади луна уже успела пройти большую часть своего пути по небосклону.
– Любое? – Поинтересовался Азиль не спуская глаз с дороги.
– Нет. – Буркнул Гарвель. – Только то, что в моих силах.
– То есть, если Девлон потребует, чтобы ты создал ему армию демонов, ты подчинишься? – Прищурился купец впившись в лицо демонолога цепким взглядом, благо яркий свет луны и звезд позволял рассмотреть каждую черточку.
– Нет. – Армия мне не по силам, не слишком уверенно ответил чернокнижник. Жутковатая догадка промелькнула в голове демонолога, от таких мыслей волосы на загривке становились дыбом.
– Хозяин, мое тело… оно, умирает… – Вклинился в разговор охрипши голос одержимого. Скрипнула натягиваемая уздечка, конь чернокнижника начал замедлять бег, кося испуганным взглядом на трусящего рядом Белета. Вслед за демонологом сбавил ход и купец.
Выглядел одержимый действительно страшно, несколько сегментов костяной брони отвалились обнажив синюшную плоть покрытую язвами. Обильно сочился гной, но это вечный спутник одержимости. Эдвард, часто говорил, что тело человека сопротивляется вторжению, и гной есть не что иное как след этой борьбы. Однако сейчас для подобного еще слишком рано.
– Почему? – Спросил Гарвель пристально разглядывая умирающую прямо на глазах плоть.
– Не знаю. – Едва слышно прохрипел одержимый, буквально выдавливая из себя каждый звук. По всем прикидкам тело молодого мужчины должно служить как минимум втрое дольше, сейчас же оно выглядит так будто демон пробыл в нем как минимум месяца два. Еще несколько сегментов рухнули в песок ссыхаясь прямо на глазах, спустя пару мгновений невероятно прочная кость рассыпалась трухой. Обнажившаяся плоть стремительно наливалась болезненной сизостью. Выхватив из сумки ритуальный кинжал Гарвель десятком быстрых росчерков изобразил многолучевую звезду, мелкие иероглифы прорезали кожу сами собой без помощи острого лезвия. Слова заклинания сорвались с губ демонолога едва последний штрих прочертил на коже одержимого кровавый след.
Впрочем, в отвратительной черной жиже воняющей тухлятиной лишь опытный лекарь сумел бы распознать кровь. Испуганные кони рванули было вскачь как можно дальше от кошмарной сцены, но крепкая рука купца вовремя перехватила уздечку. Взбесившиеся кони едва не разорвали купца пополам рванувшись в разные стороны.