- Госпожа, - постучал в двери Дорен.
- Можешь зайти, - быстро накрыла я одеялом все листы с моими задумками, лежащие на кровати.
- Госпожа, я хотел узнать на счет завтрака, - замер в легком поклоне мужчина двадцати пяти - двадцати семи лет с шоколадного цвета волосами и пронзительными зелеными глазами, которые я уже где-то видела…
- А почему ты? - стараясь сохранять спокойное лицо, спросила я, внутренне надеясь, что ко мне никто не ломился со вчерашнего вечера и не обнаружил моего отсутствия.
- Следуя вашему вчерашнему приказу, я не решился пустить к вам кого-то еще, - не поднимая головы, ответил Дорен. - Прошу прощения за подобное самоуправство.
- Поразительная преданность делу, - несколько пораженно пробормотала я. - Можно мне легких закусок и много фруктового сока?
- Да конечно, - наконец выпрямился стражник. - Сок виноградный, яблочный, персиковый или какой-то другой?
- Яблочный, - улыбнулась я.
Поклонившись еще раз, мужчина вышел из моей комнаты, а я вновь устроила мозговой штурм. У меня было всего пять дней, чтобы придумать, как без потерь покинуть Такнарун. А еще было бы неплохо понять, что же мне дал Ливан. Этот пожилой мужчина чуть ниже меня ростом с седыми, отливающими на солнце серебром волосами и в неизменном черном костюме производил впечатление доброго и отзывчивого человека. Которым он естественно не являлся. По крайней мере, мне так кажется. Чего только стоят его холодные зеленые глаза... стоп... Зеленые? Да быть не может. Нет, нет и нет. Дорену нет и тридцати, а Ливану как минимум восемьдесят. Хотя кто знает нравы этих имперцев. Мой народ они режут без зазрения совести и ничего.
Но вот если я права это открывает новые возможности передо мной. Ради кого мы готовы предать своего сюзерена и даже пойти против бога? Конечно же ради собственных родных. Поэтому если Дорен и правда сын или хотя бы внук досточтимого Ливана, то я смогу его использовать так же как и Виаван использует Элини. Что ж полагаю, стоит попробовать. Это конечно бесчестно, но… Я тяжело вздохнула.
Встав за дверью, я приготовилась ждать Дорена с едой, немало не сомневаясь, что он снова придет самолично. Не прошло и пятнадцати минут как мои надежды оправдались и в дверь постучали.
- Госпожа, я принес закуски.
- Да, да - как бы отмахнувшись, ответила я, приготовившись к нападению.
Ноги привычно пружинили на мягких подушечках кошачьих лап. Слух и зрение обострились в несколько раз, позволяя заметить малейшие изменения в окружающей среде. Когти на уже нечеловеческих руках то сначала вытягивались, то наоборот слегка скрывались внутри. Биение сердца участилось, но вот дыхание вопреки всему замедлилось. Хвост напряженно замер в ожидании.
- Госпожа, - зашел внутрь Дорен. - Госпожа? Госпожа, где вы?
Больше медлить было нельзя. Резко захлопнув дверь - свидетели нам были не нужны - я прыгнула прямо на спину, не ожидавшему такого подвоха, стражнику. С грохотом всё упало на пол. Изящный стакан из тончайшего фарфора разбился, стоило ему только коснуться твердой поверхности. Все закуски вместе с не менее красивым блюдем, разлетелись по всей комнате. Поднос с легким протяжным звоном укатился под стол. Кувшин, расплескав весь мой любимый сок, раскололся на множество черепков. Дорен же, упав, попытался встать, но я лишь сильнее прижала его к полу.
- Госпожа? - повернув голову набок, удивился мой уже пленник.
- Прости, - шепотом произнесла я, ударив Дорена по затылку, лишая его сознания.
Внутри неприятно завозилась совесть. Вечно ей не спится в самый неподходящий момент. Тряхнув головой, я отогнала неприятные мысли и взвалила на свои плечи немалый вес бедного стражника. Как его допросить и где потом спрятать я придумать еще не успела. Впрочем, как и всегда. Четкое планирование и я - вещи не то, что разные, а прямо таки противоположные.
Но особого выбора мироздание мне вновь не предоставило, и поэтому я уложила Дорена на кровать. Благодаря тяжелому и непрозрачному балдахину, свисавшему до пола, можно было в случае чего скрыть от глаз незваного гостя всю постель. А благодаря тому, что мое спальное место располагалось слева от двери, у меня было пять-шесть лишних секунд пока посетитель не пройдет внутрь и не развернется.