Я зевнула.
Призвать Сацурана я не могла отчасти из-за писем (мне не хотелось их обслюнявить) отчасти из-за доспеха, была возможность при возвращении себе человеческого облика остаться голой, а сменной одежды у меня с собой не было. Я сильно сомневалась, что смогу сейчас сохранить свою одежду.
Ближе к вечеру я дошла до лагеря. Каукдарцы были не в пример расторопнее и внимательнее багурбадцев и заметили, а также окружили меня буквально за пару минут. Сверкающие в последних лучах заходящего солнца мечи приобрели все оттенки красного и выглядели устрашающе.
- Кто ты такая?! - вопрошал, видимо самый смелый (или главный) мужчина. На всех были матовые серые доспехи и темно-синие практически черные подоспешники, которые к моему эстетическому счастью не свисали до колен. Золота вообще не было.
- Гонец... - а вот чей конкретно я так и не сообразила. Толи принца, толи будущего императора, толи просто честных людей.
- Чей? - строго спросил всё тот же солдат.
- Так сразу и не скажешь, - пробормотала я.
- Что здесь происходит? - спросил донельзя знакомый голос. - Мне сказали, что поймали вражеского лазутчика.
- Я гонец, - обиженно сложила я руки на груди.
- Хина? - искреннее удивление герцога Эвияра стало сюрпризом не только для меня.
А дальнейшее вообще наверно обеспечило всех окружающих самой настоящей икотой.
Всесильный, вселяющий ужас не только врагам, но и большинству союзников правая рука короля Каукдара - герцог Эвияр Тагальтек - за пару шагов преодолел разделяющее нас расстояние и прижал меня к своей груди. Я потеряла дар речи. Воины безмолвствовали.
- Герцог? - робко потянула я его за рукав белой жесткой рубахи.
Эвияр, все так же молча, взял меня за руку и потащил куда-то вглубь лагеря. Я, еще не отошедшая от предыдущего шока, покорно ковыляла следом.
В небольшом шатре был только стол с картами, несколько световых шариков и с десяток ватных стеганых одеял. Ни стульев, ни картин, ни ваз, ни даже подушек. Эвияр проворно расстелил одно из одеял и, усадив меня на него, подал грубый глиняный стакан с какой-то горячей жидкостью. Я отложила письма в сторону. Герцог уселся напротив, сложив ноги на вроде "бабочки".
- Что это только что было? - отхлебнув чая с какими-то травами, видимо тонизирующими, спросила я.
- Такие слухи о тебе ходили, - грустно произнес Эвияр. – Думал, дочь потерял...
- Что?! - поперхнулась я.
- Ты, я так полагаю, к нам с вестями? - мгновенно изменился герцог. - Хорошими хоть?
Ответить не успела. Эвияр сначала поморщился, а потом и вовсе разругавшись непонятно на кого, вытянул в сторону правую ногу и... отстегнув ее, отложил в сторону. Я чуть стакан из рук не выронила. Наспех выточенная из дерева от колена до кончиков пальцев нога, заставила задергаться мой правый глаз.
- Что это? - просипела я.
- Последствия войны, - спокойно пожал плечами герцог.
- Много? – сглотнув, спросила я, надеясь на понимание со стороны Эвияра.
- В пределах наших ожиданий, - он даже не изменился в лице.
Я отставила стакан в сторону и, сложив руки в "замок" прижала их ко лбу стараясь успокоиться. Слез не было. Остались только всепоглощающая пустота и ничем незамутненная ненависть.
- Ваша светлость, можно войти?
- Заходи, Васкаф, - поморщился Эвияр.
В шатер зашел мужчина лет сорока одетый, так же как и все солдаты. Единственным отличием была пурпурная мантия с капюшоном. Видимо маг.
- Ваша светлость, а...
- Всё нормально, делай, что надо, - ответил герцог, замявшемуся при виде меня Васкафа.
- Хорошо, - ответил маг, и, закатав Эвияру правую штанину на ладонь выше колена, принялся лечить. Сначала различными настойками, а потом и магией.
- А почему не Орэн? - задала я мучивший меня вопрос, стоило только Васкафу выйти.
- Он погиб чуть больше двух недель назад.
- Прости, - обхватив голову руками, прошептала я.
- За что ты извиняешься? - устало спросил Эвияр.
- За ногу... за Орэна... за всех кто погиб. Это все из-за меня, - голос мне не подчинялся. Горло то и дело охватывал непродолжительный спазм.
- Хина, принимать всё на свой счет это уже гордыня, - жестко произнес герцог.
- Но...
- И слушать не желаю! - вскочил он на ногу и оперся на стол. - Орэн погиб не из-за тебя. Он отдал жизнь за то во что верил! А верил он в мир между людьми и вакишики! Так что запомни это хорошенько и впредь не неси при мне подобной чуши! Орэн был настоящим воином - сильным, отважным и верным! Так что не смей умалять его славы!