Уже с крыши я заметила, что в спины моих (пусть будет) друзей были направлены стрелы.
- А ведь почти поверил, господа, - медовым голосом произнес Огвин, стоя за спинами своих подчиненных. - Вам не шпионами надо было быть, а в театр идти. Публика бы умилялась.
- О чем вы? - спокойно спросил Хошет (вот эта выдержка), повернувшись назад. - Объяснитесь немедленно.
- Нет, уж лучше вы. Зачем вы здесь? И как вам удалось освободить всех рабов разом, мы ведь с вас глаз не спускали?
- Никак. Это были не мы. К тому же мы потеряли намного больше, ведь имп...
- Молчать! - перебил Огвин, Тиури. - Вас говорят, пять лет не могли вычислить. Какие умельцы! Спасибо герцогу Хэтурану, он его величеству подсказал!
- Пять лет? - удивился Эрэд. - Совсем работать разучились.
- Заткнись! - просвистела стрела буквально в нескольких сантиметрах от головы Хошета. - Прав был герцог! Враги вы! Как есть враги!
- С чего такие умозаключения, любезный? - весело (и как только у него это получается?) спросил Тиури.
- Ах, гад! - еще несколько стрел полетели в никуда (с десяти шагов попасть не могут, кошмар!). - Хэтуран сказал всем, что, мол, вакши у вас часто гибнут. А еще, узнайте это перед своей смертью, герцог несколько раз замечал, что в вашем лагере нелюди есть, но на торгах их обычно не бывает! А теперь... Убейте их!
Одновременно со словами смертного приговора я спрыгнула с крыши, на ходу зовя Сацурана. Земли мягко коснулись уже кошачьи лапы, в обладателя которых, то есть меня, попали все стрелы. Ну, как попали... Шкуру-то нашу сложно чем-то пробить, не считая, как выяснилось Акторганского камня. Мельком глянув назад, я убедилась, что ни одна стрела дальше меня не прошла. А вот нехило удивленные (что странно) Эрэд и Тиури, все-таки сообразили вооружиться.
- Это вакши! - заорал Огвин. - Сменить стрелы на Акторганские! Немедленно!
Ждать этого самого "Немедленно!", мы, по понятным причинам не стали. Рыкнув, больше для острастки, я крутанулась вокруг своей оси и резко прыгнула на столпившихся наемников, понадеявшись, что другого оружия из черного камня у них нет. Боги сегодня были на моей стороне и, свалив всех в кучу, я рванула к Тиури с Эрэдом. Вторично отблагодарив всевышних за сообразительность (мне на спину они прыгнули очень шустро) моих спутников, я рванула в лес.
Остановилась я только когда перестала слышать голоса посланных за нами в погоню, людей. Правда, ненадолго.
- Хина, у нас проблемы, - свалился с меня Тиури, Эрэд же грациозно слез. - Они знают, что рабы ушли и скорее всего, отправятся за ними. Та пещерка всего шагов шестьдесят в длину и около двадцати в ширину, всех там спрятать не получится. Надо что-то делать!
- Да, - согласно кивнула я. - Но что? Пара стрел вышибет из меня дух, и я уже никому не помогу. Так что мальчики пораскиньте-ка мозгами и придумайте, как нам им помочь и при этом самим не сложить головы!
Тиури с Эрэдом нахмурились. Я, правда, хочу помочь и скорее отдам свою жизнь, чем позволю снова заковать в цепи моих соплеменников, но как? Как вытащить из этой передряги всех? Слова? Не помогут, просто не смогу так много говорить и вкладывать силу в абсолютно каждое из них. А как совместить все в одном не слишком длинном предложении, я на данный момент вообще не разумею.
- Я знаю, - твердо ответил Эрэд. И медленно водя руками вокруг себя, что-то зашептал (получилась какая-то дикая смесь: общего языка, итиэра и проклятого).
Буквально через пару минут, когда мы услышали невнятные еще голоса наемников, перед нами предстали две иллюзии. Первая моя точная копия, за исключением, пожалуй, глаз, те были тусклыми и безвольными какими-то. Вторая - копия Тиури, те же длинные пшеничные волосы, те же медовые глаза, то же лицо.
- Эрэд, - насторожился Тиури, - что ты задумал? Для чего все это?
- Я уведу хотя бы половину в сторону, в то время вы...
- Так не пойдет, - я отрицательно покачала головой. - Это слишком опасно.
- Хина, - присел он на корточки и зарылся пальцами в шерсть на моем загривке, - хоть раз в жизни, доверься мне. Я не подведу. Обещаю.
Голоса стали громче. Я внимательно посмотрела в глаза Хошету - зрачков как не было, так и нет. Вокруг глаз образовались морщинки. За последний месяц он вымотался так, как, наверное, за всю свою жизнь не уставал. Однако усталая, но при этом добрая улыбка сейчас как никогда раньше располагала к себе.
Довериться? Сейчас? Когда на кону жизни сотни вакишики? Не могу. Просто не получается. Просто не привыкла. Просто... Должен быть другой выход. И не отводя взгляда, я тихо ответила: