Но путешественники ничего не замечали. Они внимательно слушали объяснение ученого, как вдруг налетевший шквал разметал во все стороны их костер, и они очутились в совершенной темноте. В тот же момент надвинувшаяся туча разразилась ослепительной молнией, за которой последовал удар грома.
Не успели они опомниться, как новый удар, но уже исходивший не сверху, а снизу, из-под почвы, заставил их в ужасе вскочить со своего места.
– Землетрясение! – воскликнул Михаил Васильевич.
– Скорее бежим на открытое место! – крикнул Сломка своим спутникам, оцепеневшим от страха и неожиданности.
Все пятеро взялись за руки и бросились к берегу моря. Но не пробежали они и десятка сажень, как новый, еще более сильный, подпочвенный удар сбил их с ног. Упав на судорожно колебавшуюся почву, Гонтран обнял полумертвую Елену и в ужасе ожидал конца.
И действительно, трудно представить обстановку ужаснее той, какая в этот момент окружала их. Почва под ногами дрожала, грохот, гул ломающихся скал, громовые раскаты и свист урагана – все это сливалось в какой-то адский хаос звуков; гробовая темь, изредка прорезаемая молниями, еще более увеличивала ужас картины разыгравшихся стихий.
Наконец, мало-помалу, ураган стих, подпочвенные толчки прекратились, гром перестал греметь, хотя путешественники продолжали чувствовать, что почва колеблется под их ногами. Взамен полил проливной дождь, в несколько секунд промочивший несчастных до нитки. Промокшие, смертельно уставшие, они вынуждены были искать убежища под нависшими скалами, которые при новом толчке земли грозили обрушиться и похоронить их под своими обломками. Но никто не обращал на это внимания; их единственной мыслью было добраться до сухого места и там уснуть. Через минуту они все уже спали мертвым сном на голой почве.
Глава XXXIII
Путешествие на льдине
К счастью, толчки более не повторялись, и они спокойно провели ночь в своем опасном убежище. Когда они, наконец, проснулись, то солнце уже высоко стояло на безоблачном небе, посылая мириады ярких лучей и словно стараясь поскорее загладить следы бывшей катастрофы. В воздухе вместо вчерашнего урагана веял свежий ветерок.
Весело вскочив, путники вышли из своего убежища под нависшими скалами, огляделись кругом и – застыли от изумления.
Обширный остров, на котором они находились, претерпел за ночь поразительную метаморфозу: он превратился в какой-то плот, не более квадратного километра величиною, плававший в безбрежном океане. Высокий пик, горы и холмы исчезли без следа.
– Где мы?! – в один голос воскликнули все, обращаясь к седому руководителю.
Ученый развел руками.
– Возможно только одно объяснение, – проговорил он. – Очевидно, остров Снежный, прозванный так земными астрономами за вечные снега, покрывающие вершину его пика, был не что иное, как огромная льдина, примерзшая к самому дну океана Кеплера и лишь на своей поверхности покрытая почвой. Вчерашнее землетрясение оторвало остров от его основания, а может быть, разбило его на несколько частей. На одной из частей мы, вероятно, и находимся.
– Что же будет с нами?
– Не знаю!
Веселое настроение как рукой сняло.
– Э-э-э, да полно вам! – воскликнул, наконец, Сломка, видя огорченные лица. – Ведь не для того же мы в самом деле перенесли вчерашнюю передрягу, чтобы сегодня погибнуть. Сейчас мы постараемся определить, где мы находимся, куда несет нас, и с какой скоростью плывет наш остров, а там легко будет вычислить, скоро ли мы пристанем к твердой земле.
– Но я… мне очень хочется кушать! – робко заметила Елена, едва державшаяся на ногах.
– Я умираю от голода! – заревел Фаренгейт. – Я готов сожрать теперь самого себя!.. Понимаете ли, черт побери?
Сломка улыбнулся и вытащил из бокового кармана фляжку, наполненную питательным экстрактом. Увидев ее, американец с жадностью кинулся к драгоценной бутылке, но инженер остановил его.
– Нет, так не годится, сэр Фаренгейт, – хладнокровно произнес он. – Ведь вы знаете, как опасно принимать сразу большое количество пищи на голодный желудок?
Американец недовольно заворчал, но Сломка не обратил на это ни малейшего внимания.
– Видите ли, – продолжал инженер, рассматривая на свет содержимое стекляшки, – тут около шести дневных рационов, то есть, говоря иначе, если мы будем истреблять по одному рациону в сутки, то через 24 часа у нас не останется почти ничего. Поэтому я предлагаю пить экстракт по половине рациона в сутки, благодаря чему наше питание будет обеспечено на вдвое более продолжительный срок.