резко вскочили со своих мест.
- Проходите, пожалуйста! - позвал Рома.
В дверях нарисовалась фигура Эдика Савельева, затем в холл втерся
человек-гора по имени Федот по фамилии Комов, за ним громада Саня Кулик.
Последним вошел Степан Круча.
Мощная, грозная сила. Крепыши только увидели их, и так же резко, как
вскочили, подались назад.
Неудержимой лавиной ментовская пятерка прошла через весь холл, оказалась
в приемной.
Секретарши на месте не было.
- Долго он пьет кофе, - вздохнул Эдик.
- Придется посмотреть, чем они там занимаются, - подмигнул ему Рома.
- Да, время не ждет...
Степан первым вошел в кабинет.
Средних лет мужчина с заметными залысинами восседал во главе массивного
стола. Рядом сидела весьма аппетитного вида секретарша и что-то писала под
его диктовку.
- Вот, Эдик, смотри, чем они занимаются! - съехидничал Рома.
- И даже кофе не пьют, - будто бы сконфузился Савельев.
- Хреновый у тебя "барабан"...
- Позвольте! Что это за вторжение! - Селюнин поднялся со своего кресла.
Его возмущению не было предела.
Первым заговорил Комов. Но сначала он поводил головой, пошевелил носом,
словно улавливая запах.
- Уголовный розыск! - Он достал и раскрыл свои "корочки". - У нас есть
информация, что вы незаконно храните огнестрельное оружие...
И внимательно посмотрел на президента фирмы. От него не укрылась едва
уловимая перемена в его взгляде. Он даже вычислил, куда взгляд скользнул.
Федот подошел к нему, взял за руку и предельно вежливо попросил его выйти
из-за стола.
- А в чем, собственно, дело?
Федот не ответил. Буднично выдвинул верхний ящик стола. На этом все и
закончилось. В руках у него появился револьвер.
- "Астра", хорошая штука... И конечно, разрешения нет?
Селюнина залихорадило.
- Есть, есть разрешение...
- Да?.. Покажите...
Президент фирмы покопался в своем столе, достал разрешение.
Федот внимательно изучил.
- Не липа, - кивнул он. - Только не надо делать из нас дураков, уважаемый
Михаиле Петрович. Это разрешение на другой пистолет...
- Так и запишем, - сказал Степан. И надавил взглядом на секретаршу. - А
вы, гражданочка, в протоколе изъятия распишетесь, в качестве понятой...
- Да, конечно...
Под его взглядом она готова была продать своего шефа. Потом она может
отказаться от своих свидетельских показаний. Но это будет потом...
У него пока не было оснований задерживать Селюнина по подозрению в
убийстве. Поэтому незаконное хранение оружия - как дар с неба.
- Может, договоримся? - жалобно заскулил Селюнин.
Только его никто не слушал.
***
Клод не собирался оставаться в стороне. Его "бригада" в деле, и западло
ему увиливать. К тому же дело плевое.
Сначала они караулили душегуба в его джипе. Тот не появлялся. Поэтому
Чичик успел сгонять за дешевой "шестеркой" восемьдесят шестого года выпуска
- была у них в резерве одна такая колымага. В полном порядке машина. В деле
не подведет, а если вдруг что-то не так, ее не жаль уничтожить.
Клод остался в своей машине. Дрын, Чес и Слон пересели в "шестерку".
Чичик за рулем. Одно свободное место для душегуба.
- Вот он идет, сука! - услышал по рации Клод.
К подъезду приближался мужик среднего роста, сутулый - как будто жизнь
его придавила. В руке продуктовая сумка. Семьянин хренов.
Клод оставался сторонним наблюдателем. Пацаны сами знают, что и как им
делать.
Мужик вошел в подъезд, следом за ним туда шмыгнули Слон и Чичик. Через
минуту они уже выходили вместе с ним. На плечах он у них повис, как будто
плохо ему стало, а они его в больницу собираются отвезти.
Впрочем, инсценировка, пожалуй, ни к чему. Половина седьмого вечера, а во
дворе, как ни странно, почти никого нет. Так, дети малые в песке ковыряются,
а их мамаши что-то втирают друг дружке, на Слона и Чичика ноль внимания.
Мужика усадили в машину. Хлопнули дверцы. "Шестерка" тронулась с места.
Клод подождал, когда она поравняется с ним, и направил свой джип следом.
***
Молодой человек в фирменной джинсовой куртке зашел в лифт, чтобы
подняться к себе на этаж. Вслед за ним туда вошли Рома Лозовой и Саня Кулик,
Он даже не обратил на них внимания. О чем-то думал.
- А пуговицу, гад, уже пришил, - громко сказал Саня, будто бы к Роме
обращаясь.
И красноречиво посмотрел на молодого человека.