Она сильно рисковала, могла сама уйти на дно вслед за Викой. И она нырнула
на это дно. Только по собственной инициативе. С аквалангом. И спасла
несчастную девушку.
Вику она вытащила едва живую. Сделала ей искусственное дыхание, отвезла
домой. Привела в чувство, отогрела, создала ей все условия. И даже вколола
ей элениум, поняв, что девушка наркоманка. Но это была последняя доза.
Жанна скрывала Вику от всего мира. Ухаживала за ней. И лечила. По одной
методике, описанной в книге известного нарколога. Вика понимала, что ей
хотят добра, и не противилась. Вместе они победили болезнь. Почти победили.
Ведь от наркомании очень трудно избавиться. Но Жанна была уверена, с Викой
все будет хорошо. Все ужасы остались позади.
И Жанна оставила позади ужасы своей жизни. Вернее, она хотела, чтобы все
страшное осталось позади. Ей пришлось хлебнуть лиха. И все из-за одного
гадкого человека....
- Жанна, я уже давно заметил у вас обручальное кольцо на левой руке.
Но все как-то не решался спросить. Вы развелись с мужем или с ним что-то
случилось?
Степану неловко было спрашивать об этом. Но он спросил. Что поделаешь,
ментовская натура...
- Он погиб...
Это случилось не так давно. Но, кажется, прошла целая вечность.
- Извините...
Жанна смотрела не на Степана. Куда-то мимо него. Но ничего не видела.
Только свое прошлое. И когда она увидела Артура, ей показалось, что это
всего лишь призрак. Ее сердце сжалось в ледяной комок, когда она поняла, что
видит Артура не в прошлом, а в настоящем. Он сидел со своей подругой и
смотрел на Жанну. Его тонкие губы кривила мефистофельская улыбка...
Часть II
Глава 1
Москва... Клавдию это слово завораживало. Она только что сошла с поезда.
И стояла посреди перрона, с глупым видом озиралась по сторонам.
Мимо текла толпа с чемоданами, сумками, баулами.
Все, кто приехал в одном с ней поезде, знали, куда им идти. И только она
понятия не имела, куда податься. Она даже не знала, зачем ей нужна Москва.
Поступить в институт или хотя бы в техникум? Но она и не помышляла об
учебе. Найти работу? Может быть. Но она не представляла, чем может
заниматься в многолюдной Москве.
Всю свою жизнь она прожила в деревне. Отец - механизатор, мать - оператор
машинного доения. Не жизнь, а сплошная скука. И куда ни ступи, везде дерьмо.
С утра до позднего вечера ковыряешься в навозе, а ночью выслушиваешь пьяные
откровения отца - он у нее алкаш чуть ли не с пеленок.
Вечный шум, гам - целая орава братишек и сестренок на шее у матери. И
всех накорми...
Шестнадцать ей стукнуло. И что она видела в той жизни? Да ничего! А что
еще увидит? Тоже ничего. Выйти замуж за какого-нибудь алкаша-колхозника,
нарожать ему детей, а потом всю жизнь мучиться, как мучилась ее мать? Нет,
это не по ней.
Клавдия решила убежать от такой жизни куда глаза глядят. А лучше всего
податься в Москву. Зачем?.. Вот это ей и предстояло сейчас выяснить...
Сентябрь на дворе. Но она в пальто. Не потому, что холодно. Просто пальто
у нее хорошее - пуговицы красивые и воротник смотрится как меховой.
Ей в деревне все завидовали. Пусть теперь и Москва знает, как надо
одеваться... Только вот чемодана у нее нет. Вместо него - брезентовый мешок
с лямками. Но ничего, это необычно. А она где-то читала, что в необычном
своя изюминка. Такой мешок, как у нее, мог бы стать писком моды...
Клавдия не заметила, как к ней подошли два милиционера.
- Документики! - не вежливо, но и не грубо потребовал один.
Она предъявила свой паспорт.
Милиционер нехотя полистал его, вернул обратно.
- С какой целью в столицу, Клава? - спросил он.
- Не знаю, - пожала плечами Клавдия.
- Как это не знаешь?
- Ну, мне бы Кремль посмотреть...
- Владимира Ильича Ленина?
- Ага...
- Ну-ну... Смотри в оба, Клава. Только не на Кремль. А по сторонам.
Москва наша только с виду красивая. А если присмотреться, дерьма в ней...
Будь осторожна, бойся людей, - посоветовал ей второй милиционер.
- Людей бояться? А чего их бояться? - удивилась Клава.
Самое большее, люди могли обругать ее по пьяни. Но это ж не страшно.
- Ехала бы ты домой, а, - скривился первый милиционер. - И без тебя,
честное слово, проблем хватает...
- Да уедет она, - тихо сказал ему напарник. - Шишек набьет и уедет...
Они повернулись и неторопливо двинулись в сторону вокзала. Клава
поплелась за ними.