были не только бандиты, но и бизнесмены. Веселились все. И лишь она
страдала.
Ее поставили на стол. Совершенно голую. Только одни туфли на ней и
золотые кольца сережек в ушах. Ей было больно и стыдно. Но она не плакала.
Она должна была улыбаться. Иначе ее могут наказать. Побить или даже
изнасиловать прямо здесь, на виду у всех.
Рядом с ней стоял какой-то хлыщ. Одной рукой он жадно щупал ее ягодицу, а
второй бил молотком по столу. И при этом лыбился, как идиот.
- Десять тысяч - раз! Десять тысяч - два...
- Двадцать! - крикнул кто-то.
- Двадцать тысяч - раз...
- Тридцать...
- Тридцать пять...
- Сорок...
Цена неожиданно возросла до пятидесяти тысяч долларов. Жанна думала, что
это потолок.
Но два бизнесмена - толстый и худой - рьяно торговались из-за нее. И
вовсе не из-за того, что сильно хотели ее. Нет, им просто нужно было
выделиться из толпы...
- Шестьдесят...
- Семьдесят...
Не думала Жанна, что она стоит так дорого. И хлыщ с молотком не думал.
Он убрал руку с ее задницы, когда цена перевалила за полсотни.
- Сто тысяч...
Жанна не поверила своим ушам, когда толстяк назвал такую цену. В это
вообще никто не мог поверить. Даже тот, который сражался с ним за нее.
- Сто тысяч - раз! Сто тысяч - два! Сто тысяч - три!..
Хлыщ даже думать боялся прикоснуться к ней.
- Продано!
К ней приблизился ее новый хозяин. Толстяк. Вернее, высокий крупный
мужчина. Так подумала Жанна, когда заглянула в его глаза.
Добрые у него глаза. Слишком добрые. Жанна просто не могла поверить, что
они могут быть такими добрыми.
Он протянул к ней руки, она покорно упала к нему в объятия. Будто горячей
волной обдало. Ей стало еще приятней, когда он снял с себя пиджак и она
утонула в нем.
Под всеобщее улюлюканье он вывел ее на улицу. Подхватил на руки и понес.
Это было что-то необычное.
- Сволочи они все! - неожиданно заявил он. - Все сволочи...
Интересно, а сам он кто?
Очень скоро Жанна убедилась, что ее новый хозяин совсем не сволочь.
Он заботливо усадил ее на заднее сиденье своего "Мерседеса", закрыл за
ней дверцу. Сел за руль и погнал машину в ночь.
Всю дорогу он молчал и о чем-то напряженно думал. Жанне уже стало
казаться, что она попала в руки какого-то маньяка. И одно только
успокаивало. Какой идиот отдаст за нее сто тысяч лишь для того, чтобы убить
ее, расчленить и выбросить на помойку.
- Как вас зовут? - спросила Жанна. Напряженная тишина угнетала ее.
- Юрий Дмитриевич... Для вас просто Юра...
Он не повернул к ней головы. Но голос его звучал так мягко, так нежно.
И стало от этого тепло на душе. Он с ней на "вы"... Неужели не считает ее
шлюхой...
- А куда мы едем?
- Ко мне домой...
А дом у него настоящий дворец. В два этажа, на Рублевском шоссе.
Огромный двор, деревья, кустарник декоративный, аккуратные дорожки,
фонтан, бассейн. Все это Жанна видела из окошка машины, когда они через двор
заезжали в гараж. Все ворота перед его "Мерседесом" открывались и
закрывались автоматически.
Из машины он вышел первым, открыл ей дверцу, помог выбраться наружу. И
подхватил на руки. Как пушинку вознес ее над землей, ее голые ноги задрались
высоко вверх.
Он внес ее в дом и продолжал нести дальше. Просторный холл с белыми
креслами и диванами, мраморная лестница. Он внес ее на второй этаж. Они
оказались в огромной спальной комнате. Наверняка она занимала треть этажа.
Жанна и опомниться не успела, как оказалась на постели. И Юра навалился
на нее, стал жадно ее целовать. Одной рукой он мял ее грудь, второй срывал с
нее пиджак. Его взгляд был полон безумия.
Она не сопротивлялась. Но инициативу тоже не проявляла. Она всего лишь
позволила ему овладеть своим телом. А он разошелся. И брал ее с такой
жадностью, с такой быстротой, будто боялся, что ее сейчас выдернут из-под
него.
Юра не выпускал ее из своих объятий и после акта.
- Жанна, извини... Извини, Жанна... - лихорадочно шептал он.
Она лежала и молчала.
- Я такая же сволочь, как и они все, - продолжая держать ее под тяжестью
своего тела, говорил он. - Такая же сволочь... Прости меня...
Наконец он успокоился. Лег на бок, подставил под голову руку и впился в
нее взглядом. Он молчал, но губы его продолжали беззвучно шевелиться.
Странный он какой-то.
Жанна лежала на нерасправленной постели совершенно голая. В комнате было