он телку свою в "стиры" прошпилил...
Артур встрепенулся, вскочил с места.
- Откуда знаешь?
- А тебя это гребет? - осклабился жлоб.
И приложил ему кулаком в лоб. Артур потерял равновесие и плюхнулся на
"шконку". Но его оттуда стащили и швырнули на пол. И ногами задвинули под
койку.
- Сиди тут, пидер гнойный! - услышал он голос питерского братка. - А мы
пока картишки раскидаем. Посмотрим, кому тебя в очко жахать...
Словно бы не с Артуром происходил этот кошмар. Будто кого-то другого
разыгрывали в карты. Такой ужас не мог присниться ему в самом кошмарном сне.
А ведь когда-то он точно так же проиграл в карты Жанну... Жанна... Кой
черт дернул его связаться с ней?..
- Выползай! - послышалось минут через пять.
- Вылезай, очко подставляй, - громыхнул кто-то в рифму.
И рассмеялся.
Артура вытащили из под кровати. Толпой навалились на него, заголили
зад...
И тут пришло спасение.
- Немедленно прекратить! - послышалось от дверей.
Камера наполнилась надзирателями. Они готовы были дубасить любого. Но
сопротивления им никто не оказывал. Насильники послушно расступились. Артур
остался лежать поперек "шконки" со спущенными штанами.
- Фамилия? - спросили его.
Артур поднялся, натянул на себя штаны.
- Трутнев...
- Ты нам и нужен. На выход...
- С вещами? - с надеждой спросил он.
- А это зависит от тебя, - многозначительно посмотрел на него
надзиратель.
И бросил взгляд ему за спину, на насильников его посмотрел. Как будто они
заодно...
А почему "как будто"?.. Это все подстроено. С подачи Волчары. Это он,
гад, все подстроил...
Артура вывели из камеры, повели в помещения для допросов. Ввели в одну
комнату.
Там его ждал Волчара.
- Ну что, Артурчик, как твое очко? - криво усмехнулся он.
Артур стоял перед ним с низко опущенной головой. На глаза наворачивались
слезы.
- Молчишь... Нечего сказать... Сейчас тебя к следователю поведут, -
сказал Волчара. - Будешь хорошо себя вести, отведут потом в хорошую камеру.
Будешь плохим мальчиком, станешь хорошим петухом. До утра тебя пробовать
всей хатой будут. Выживешь ли, а?
Артура передернуло от этих слов. Ему и без того было страшно, а сейчас
казалось, он весь состоит из сплошного страха...
Его перевели из одной комнаты в другую. Там его ждал следователь. Тот
самый, который принимал живое участие в его судьбе.
Он предложил Артуру сигарету. Тот жадно схватил ее, закурил.
- Я думаю, обвинения с вас будут сняты б самое ближайшее время, -
заговорил Иван Михайлович.
- Когда меня выпустят? - мрачно спросил Артур.
- Само позднее, дня через три...
- Этих дней мне не пережить, - буркнул Артур.
- Чего?
- Ничего... Берите бумагу, записывайте, - потребовал он.
- Что записывать?..
- Признательные показания... Я хочу во всем сознаться...
Он видел, как у следователя полезли на лоб шары.
***
Степан вместе с Жанной ехали к ее бывшей свекрови.
- Я не знаю; почему ты отказывала себе в общении со своим ребенком, -
сказал он.
- А я знаю, - ответила она. - Я очень боялась этого ублюдка...
- Ублюдок, - кивнул Степан. - Самый натуральный ублюдок... Видела бы ты,
в какое жидкое дерьмо он превратился в тюрьме.
- Так то в тюрьме... А на воле он был очень жестоким...
- Кстати, он признался в убийстве своей подруги. Он убил ее просто так, в
приступе гнева...
Жанна посмотрела на него с легкой укоризной.
- А ты говорил, его не надо было бояться...
- Вообще-то я этого не говорил... Мне непонятно другое. Почему ты
оставила своего ребенка у матери мужа? Ведь тот же Артур мог его похитить...
- А вот этого я не боялась... И ты скоро узнаешь, почему...
Они подъехали к роскошному особняку в живописном месте в нескольких
километрах от города. Таких домов Степан не видел даже на берегу Глубокого
озера.
- Ничего себе! - протянул он.
- Этот дом принадлежит Дине Артюховой. Он стоит миллионы долларов. И
очень хорошо охраняется. Артур бы никогда не добрался до моего ребенка...
- Сколько ж у нее денег?
- Юрий был очень богат. Теперь всем его состоянием владеет его сестра.
И матери кое-что досталось. И мне... Кстати, если тебе интересно, у меня
на счетах лежит...
Степан потянулся к ней и закрыл рот ладонью.
- Мне совершенно это не интересно...
- Но мы же собираемся пожениться...
- И поженимся. Но твои деньги пусть принадлежат твоему сыну. Все до