владеет приемами перевоплощения. И Москву знает лучше некуда. С его-то
способностями нет ничего проще затеряться на просторах многомиллионного
мегаполиса. Как его теперь найти?
А искать надо. Из старых грехов за ним три убийства. И два новых
"подвига". Сразу двух сотрудников милиции угробил.
Марков уже принял все меры, уже началась операция "Сирена" и "Перехват".
Всю милицию подняли на ноги.
- Ну вот, собачники, явились не запылились...
На крыше появился сержант-кинолог с овчаркой на поводке.
Оставалась надежда, что на Шлыкова можно выйти с помощью собаки.
Слишком сильный запах оставался за ним. Неудивительно, что собака сразу
взяла след.
Только, увы, тут же потеряла.
- Похоже, тут пользовались специальным аэрозолем, - пожал плечами
сержант, когда его собака уперла нос в бетонный пол и закрутилась на месте.
- Спец - он и есть спец, - вздохнул Марков. Ни у Степана, ни у него не
оставалось никаких сомнений, что этот раунд в схватке со Шлыковым ими
проигран.
- Чертовы журналисты, - добавил он. - Такую птицу вспугнули...
В это время заработала его "Моторолла".
- Товарищ подполковник, вскрыли квартиру...
Это о квартире Шлыкова. Ее бы уже давно вскрыли. Но нужно было принять
все меры предосторожности: ведь она могла быть заминирована.
- Все нормально?
- Да вроде...
Такой ответ Маркова не удовлетворил.
- Я сейчас буду...
И он поспешил вниз. Степан последовал за ним.
Когда они пришли в квартиру Шлыкова, там уже хозяйничали криминалисты.
Специальная следственная бригада. Маркову и Степану оставалось только
осторожно наблюдать за действиями специалистов.
В квартире могли найти запрещенные предметы. Но это сущая мелочь.
Шлыков уже столько натворил, что незаконное хранение оружия и
взрывоопасных предметов для него безвинные цветочки.
Примерно так рассуждал и Марков, Как только он убедился, что квартира не
заминирована, он счел нужным покинуть это место. Гораздо больше его волновал
розыск хозяина квартиры. А он сейчас шел полным ходом. И нужно было держать
руку на пульсе событий.
В квартире он оставил своего помощника. Ему поручено было разыскать
блокноты, записные книжки Шлыкова. Найти адреса, по которым он может
скрываться.
Только Степан сомневался, что ему удастся найти какую-нибудь зацепку.
Слишком уж профессионально работает этот киллер. Его так просто не
"расшифруешь".
- У нас есть чем прижать Болотову, - сказал ему Марков, когда они вышли
во двор. - Мы можем задержать ее хоть сейчас. Но этого делать не надо.
Напротив, нужно сделать все, чтобы она ни о чем не догадывалась...
- А ты думаешь, Шлыков с ней не связался?
- Я уже узнавал. На связь с ней никто не выходил. Ни по телефону, ни по
факсу... Никак...
- А методом личного общения?
- Ага, такой уж он дурак... А ведь не исключено, что он попытается выйти
с ней на связь. Это наш шанс...
Степан понимал это как никто другой.
- Тогда, Николай, делай что хочешь. Хоть чучело здесь выставляй, хоть сам
руками маши, но не дай развернуться пройдохам журналистам. Как бы не сдали
они Шлыкова в открытый эфир. Болотову сразу вспугнем...
- Да, я приму меры. Все будет в порядке.
***
Весь остаток дня и половину ночи Герман лежал, не шелохнувшись. Он
слышал, как сновал туда-сюда лифт, как ходили по лестнице люди. И все
боялся, что вот-вот откроется дверь в кладовку.
Но ему повезло. За все время дверь ни разу не открылась.
В час ночи он открыл ее сам. Но прежде скинул с себя тряпье. Достал из
сумки новые джинсы, батник и кроссовки. Еще раз обработал себя остатками
специальной жидкости и переоделся. Не прошло и пяти минут, как он
превратился в ухоженного мужчину, внушающего доверие. В руках "ноутбук" и
небольшой пакет с тяжелыми "игрушками". Клеенчатую сумку с бомжацким
маскарадом он оставил на месте.
Герман вышел из кладовки, закрыл за собой дверь. На выходе из подъезда
его никто не ждал. Не нарвался он на засаду, и когда выходил со двора.
Он прошел несколько кварталов, прежде чем решился остановить такси. В
столь позднее время поймать машину было не просто. Но ему повезло. Через час
он уже открывал дверь своего гаража. Никто не заметил, как он попал сюда.
Здесь стояла машина. У одного деятеля купил, через доверенность права на
нее выправил. Обыкновенная белая "семерка" - далеко не новая, но на ходу.