- Вообще-то я почти в два раза старше тебя, Юра. И обращаться ко мне ты
должен на "вы".
Степан тепло так улыбнулся. Но в его взгляде сквозил ледяной холод.
Левый аж поежился.
- Ну чего вам надо, гражданин начальник9 - Ну вот, Юрок, теперь с тобой
можно говорить. А то понтами раскидался... Кто заказал Виталия Болотова? -
жестко спросил Степан.
И надавил на Левого взглядом.
- Заказал? А его что, заказали? - Юра сделал дебильную рожу.
Это ему, кстати, очень шло.
- Заказали. И ты проходишь как исполнитель. На пожизненное уйдешь...
- Чо?!
- Через плечо! До конца дней своих на петушиных нарах гнить будешь!
- Не, начальник, чо за дела? - Юре явно было не по себе.
- Я спрашиваю, кто заказал Болотова?
- Да никто... Этта, я в эту хату пришел. И на "коренных" сдуру наехал.
Те все стерпели. В драку не полезли. Но дали понять, что зря все это, не
надо было ершиться. Да я и сам понял, что палку перегнул. И на Болотова
наехал. А тот дядя не хилый, весь ливер мне фаршманул. Я в его сторону
больше не дергался. Но обиду затаил. Думаю, выйду на волю, с пацанами
скооперируюсь и наеду на этого "карася" по полной программе. Будет знать,
как солнцевских обижать...
- Ты мне порожняки не гоняй. Ты мне дело говори...
- Ну, короче, обиду я на него затаил. А вчера ко мне блатные подкатывают.
Чо, говорят, фраерок, зачморили тебя. И насмехаются. Я, типа, в непонятке. А
они - мы на волю маляву зашлем. Типа, ославить меня хотели.
И давай называть имена. Короче, всех, кто надо мной стоит, назвали. Ну я
в трансе, конечно. А они: ты, типа, не менжуйся. Типа, есть возможность
косяк скинуть. Надо Болотова, типа, наказать, чтобы больше, типа, не по
теме, типа, не выстебывался...
Типа, типа, типа... Затипало пацана, называется.
- Полотенцем его, говорят, удавишь, и все дела. Ну черт меня и дернул...
Похоже, Юра говорил правду. Пацан он понтовитый, но без царя в голове.
Блатные кашу заварили, а его, дятла, под статью подвели. Как ни крути, а
во всем виновен Юра. Он ведь душил, блатные лишь держали...
- Эх, Юра, Юра, даже не знаешь, в какую историю ты влип...
Степан велел увести Левого. А сам направился к Маркову. Тот как раз
"беседовал" с одним из соучастников преступления. Только, похоже, этот
долговязый тип с волчьим взглядом был организатором.
- Да ты чо, начальник, все так и было. Этот Левый, козел, на Болотова зуб
имел. Ну, нас в это дело и впряг, счеты с ним свести хотел...
Так и знал Степан, что этот уркан будет петь такую песню.
- А вот твой кент базлает, что тебе маляву с воли подогнали, - вмешался
Круча. Он врал. Только зря.
- Да гонит он, начальник... Какая малява?
- А вот это ты мне и скажешь...
- Да век воли не видать, начальник! Не было никакой малявы...
- Была...
- Да ты, начальник, что-то путаешь... Левый воду взбаламутил, зуб даю...
- Зуб?!
Степан злорадно улыбнулся, закатал рукава, примерился кулаком в зубы
блатному. Казалось, вот-вот ударит. И зуб долой.
Блатной испугался, зажмурил глаза. Но Степан бить его не стал. А рука так
и чесалась...
Вместе с Марковым они терзали "коренных" до самого утра. И так крутили их
и этак. Психологическое давление по всем правилам ментовской науки, кнут и
пряник... Но ничего не помогало. Блатные держались стойко. И четко
придерживались своей версии. "Не виноватые мы, это все он, Левый..."
А Юра Левый чуть не плакал от досады. Подставили его. Конкретно
подставили. И самое обидное, менты это знают. Но поделать ничего не могут.
Блатные на него все валят. И с показаний их ничем не собьешь. Так что все
шишки на Юру.
Степан и Марков закручивали гайки до появления тюремного следователя,
которому поручено было расследовать ночной инцидент. Только так ничего и не
добились. Не сдали блатные заказчика. И следователь ничего не сможет сделать
- в этом можно было не сомневаться. Он Юру крайним сделает, так легче и
проще. Следствие часто уподобляется электрическому току. Идет по пути
наименьшего сопротивления.
- Ничего, Спич, я докопаюсь до истины, - уходя, сказал своему
"подопечному" Степан. - Узнаю, кто маляву тебе кинул. Горько пожалеешь
тогда...
Блатной даже не взглянул на него. Крепкий орешек, его угрозами не
возьмешь. Только неопровержимыми уликами.
А Степан не был уверен, что улики у него будут. Он понимал, что на
заказчика выйти будет очень сложно. А сделать это необходимо. И вовсе не для