Алла понимала его. С таким же безумством она хотела наказать Любу. Эту
тварь, отнявшую у нее покой.
- Я тоже не уйду за кордон, пока не сживу со свету сучку Любочку...
- Ты мне поможешь убрать Болотова, я тебе - его шлюху, - пристально
посмотрел на нее Герман.
Так они пришли к соглашению.
Может быть, это соглашение безумно. Но Виталий и Люба приговорены.
Приговорены этим безумием.
Часть третья
Глава 1
Почти во всех сферах у Степана были агенты. Своего человека он имел и в
кодлане Сафрона. Не авторитет, но и не из последних.
Человек этот сообщил, что сегодня Лимон встречается с Сафроном на его
территории. Его ждут в ресторане "Прометей", в самом крутом кабаке Битово.
Встреча назначена на семнадцать часов.
В половине пятого Степан получил сигнал с поста ГАИ, что Лимон на двух
джипах движется в сторону Битово. Еще через семь минут он узнал, что его
машины полным ходом идут по центральному проспекту. Минуты через три они
свернут на Солнечную, к Суворовской площади, к ресторану.
- Ну, с богом! - бросил Степан в рацию.
Операция началась.
Джипы вырулили на Солнечную, проехали метров пятьдесят. И тут из переулка
на улицу выскочил старенький "Москвич" - и прямо под колеса головной машины.
Взвизгнули тормоза, послышался глухой удар. Машины остановились.
Ничего страшного не произошло.
У "Москвича" крыло смято, джип остался без фары. Но вонь должна была
подняться нешуточная. На это и был расчет.
Из пострадавшего джипа выскочили три крепыша с бритыми затылками. Рожи
тупые, но наглые. Из второй машины вышли двое. Лично Лимон. А с ним его
"порученец" по кличке Лубок. Крепкие, мордастые, нахрапистые.
Из "Москвича" вышел Рома Лозовой.
- Мужики, вам что, анекдоты про "мерсы" и "Запорожцы" надоели? - натянуто
весело спросил он. - На джипы и "Москвичи" перешли?..
Крепыши заскрипели извилинами. Но эти извилины были атрофированы с самого
рождения. Поэтому им не удалось сразу понять смысл вопроса.
- А тебе что, фраер, анекдот про счетчик нравится? - Зато у Лимона голова
соображала нормально.
Только ему было не до юмора. Видно, его напрягала предстоящая встреча.
И, похоже, он не прочь был спустить пар - а тут как раз такой случай.
Лимон хищно смотрел на Лозового, взгляд его мутнел.
- Ну, я еще в здравом уме, чтобы вас на счетчик ставить, - посмотрел ему
в глаза Рома.
- Ты?! Нас?! На счетчик?! - Лимон аж остолбенел от возмущения.
- Так не моя же вина, - начал оправдываться Лозовой. - Перекресток
равнозначный, а у вас помеха справа...
- Счас у тебя помеха будет! - Лимон позеленел от злости.
Степан уже был в числе зевак, вмиг собравшихся возле места происшествия.
И наблюдал за бандитом. Ему казалось, тот лично бросится на Рому с кулаками.
А это - нападение на сотрудника милиции при исполнении. И тогда он будет
принадлежать ему весь с потрохами.
Но на удивление Лимон совладал со своими эмоциями.
- Три "штуки" баксов с тебя, урод! - выдавил он из себя.
- За что?
Возмущение Лозового можно было понять. Во-первых, его грязно обругали.
А во-вторых, назначенная сумма явно не соответствует причиненному ущербу.
В-третьих, это форменное вымогательство.
- Ну, блин, козел!
- Сам блин! - Роме нравилось дурачиться. И провоцировать бандюгу...
- Проучить надо козла! - Лимон многозначительно посмотрел на Лубка.
Тот все понял.
- Грека! - коротко бросил он одному качку.
Тот кивнул и подступил к Роме.
Но смог он только поднять руку. Рома присел на широко расставленных ногах
и нанес свой коронный удар кулаком в пах.
"Бык" по кличке Грека заорал как резаный, схватился за причинное место и
конвульсивно запрыгал прочь от Ромы.
- Бугай, Штурм! - попытался исправить ситуацию Лубок.
Но из толпы на арену вырвались Федот, Эдик и Саня. Не заставил себя долго
ждать и Степан.
Федот подсечкой сбил с ног одного "быка", Эдик взял на прием второго.
Защелкали наручники.
- Уголовный розыск!
Кулик бить никого не стал. Он просто подступил к Лубку и ткнул ему в нос
красные корочки.
- Какого, блин, хрена? - Тот продолжал наглеть.
За что и поплатился.
Кулик врезал ему в солнечное сплетение, резко развернул к себе спиной и
ткнул носом в капот джипа.
Степану достался Лимон. Не говоря ни слова, он достал наручники и показал
ему. Тот презрительно скривился, но руки протянул. Круча поставил его в