очередь...
- Ты видишь, я еле на ногах стою. С твоей, гад, помощью... А потом, я не
люблю американские боевики...
- Ну тогда посмотри наш, российский...
Шлыков омерзительно улыбнулся и нагнулся за своим пистолетом.
- Я знаю, Гера, что ты всегда был полным идиотом, - сказал Виталий. - И
даже понимаю, почему ты принял мой пистолет за игрушку.
- А разве это не так?
Шлыков взял свой пистолет в руку.
- Не так!
Виталий нажал на спусковой крючок.
Грохнул выстрел - пуля попала Шлыкову в грудь.
Тот захрипел и непонимающим взглядом уставился на Болотова. Он все еще не
мог поверить, что пистолет у него был настоящий.
- Хватит, не стреляй! - крикнул Виталию Степан. Но было уже поздно.
Вторая пуля угодила Шлыкову в голову.
- Ну вот, и кончен бал, - прошептал Болотов и опустился на землю
одновременно со своим извечным врагом.
Люба рванулась к нему.
- Стой! - остановил ее Степан. - Развяжи меня...
- Да, да...
И она принялась лихорадочно распутывать узлы. Только ничего не
получалось. Покойный Шлыков связал его достаточно крепко.
- Нож возьми, у меня в кармане, - сказал Степан.
Через несколько секунд он получил полную свободу. Забрал у покойника
пистолет и с ним побежал по следам Аллы. Где-то неподалеку работала машина.
Он пошел на звук и увидел армейский "уазик".
За рулем сидела Алла.
Только врасплох застать ее не удалось. Она вовремя почувствовала
опасность. И среагировала мгновенно.
Степан выстрелил первым. Но промазал. И тут же длинная очередь из
пистолета-пулемета заставила его залечь. Когда он высунулся из-за укрытия,
Алла уже сорвала машину с места.
Он выстрелил снова, снова. Попал в колесо Но, увы, в пятое, в запасное.
Четыре основных остались не тронутыми. И машина продолжала уходить от него.
Он прицелился снова. И на этот раз обязательно бы попал в цель. Но Алла
опередила его. Она высунулась из машины, быстро направила в его сторону свой
пистолет-пулемет и выдала длинную очередь. А стреляла она метко. Степан едва
успел увернуться от пуль.
А машина уже набрала ход. И остановить ее Степан не смог.
***
- Забудем о ней. Без Шлыкова она никто, - сказал Николай Марков.
Алла ушла от преследования. Никто не смог ее задержать. Почти месяц
прошел, а от нее ни слуху ни духу. Бесследно исчезла.
- Да хотелось бы забыть... - кивнул Степан.
Он не хотел думать о ней. Особенно здесь, в парилке, обшитой свежим
деревом.
Наконец-то они смогли с Николаем оторваться от дел и на целых два дня
закрыться в роскошном особняке на берегу Глубокого озера. Один знакомый
бизнесмен был только рад угодить ему.
Сухой пар, березовые веники, расслабуха. А в комнате отдыха их ждет
холодное пиво и гора раков. И еще девочки скоро будут. Николай этого очень
хотел. И не только для массажа.
Грех это, конечно. Но он свои грехи честным служением закону искупит.
И Степан тоже.
Или они уже получили индульгенцию на несколько грехов вперед?
- Как там наш Виталий Георгиевич? - спросил Николай.
- Ничего, жив-здоров. Еще пока в больнице. Но дела на поправку идут...
- Ну и слава богу... Да, у тебя, говорят, дочь появилась?
- Говорят...
Он еще не удочерил Катю. Но уже нашел ее мать и серьезно поговорил с ней.
Или эта алкоголичка и шлюха добровольно отказывается от своих материнских
прав, или получает срок за торговлю детьми. Эта тварь предпочла первое.
- Слышал, у твоей сестры большие проблемы...
- Лучше бы ты об этом не говорил, - тоскливо вздохнул Степан.
Настроение испортилось.
Степан хотел забыть Аллу. Но не получалось. По одной причине. Эта мразь
отняла у Любы ребенка. Там, на кладбище, так ударила ее в живот, что у нее
случился выкидыш.
Для Любы это трагедия. И только забота о раненом женихе не позволяет ей
зациклиться на своих переживаниях. И еще Катя. Она очень привязалась к ней.
Ни шагу без нее. Последнее время они постоянно вместе, даже ночуют под одной
крышей.
- Что, огорчил?.. Тогда чтобы все разом... В общем, есть одна новость.
И не очень приятная...
- Ну вот, отдыхать надо, а ты с плохими новостями...
- Тут мне один человек сообщил, что Сафрон на тебя бочку катит...
- Чего ему неймется?
- Из-за Лимона все. Я уже говорил тебе, все шишки на его врага, на Вольфа
валили. Но кто-то пустил слух, что ты на него всерьез мог наехать.
Говорят, тебя этот гад сильно побил...