погладить - в сторону отрыва ее от шеи.
Летом этого года был инцидент. В передрягу Степан попал. Сафрон слабину
почуял, с катушек съезжать начал. Пришло время, братка приструнили, до
прежнего уровня опустили. Вроде бы притих авторитет. Но тогда откуда
наркопритоны на территории Битова? Или Сафрон организовал их в "смутные
времена", а сейчас не хочет сворачивать. Или, может, этот наркоман-доходяжка
Иван берет наркотики в другом месте...
Как бы то ни было, Степан должен во всем разобраться. Наркомания - это
слишком серьезно, чтобы закрывать на нее глаза. Закрывать надо тех, кто
допустил подобное безобразие. На лет десять-пятнадцать закрывать, чтобы от
звонка до звонка срок мотали.
- Где работаешь? - строго спросил он наркомана.
- Я же сказал, на фирме...
- Название, адрес...
- "Элкон", Серебрянская улица...
- Битово?
- Ну да...
- Живешь тоже здесь?
- Ну а то...
- В городе дела имеешь?
- В Москве, что ли?.. Да делать мне там нечего. Мне и здесь хорошо...
- Значит, героин в Битове покупаешь...
- А чего далеко ходить?.. - Иван запнулся. Затравленно посмотрел на
Степана. - Ничего я не покупаю...
- Зато есть люди, которые продают...
- Не знаю ничего.
- Зато я знаю.
Степан окинул парня задумчивым взглядом. Поднялся из-за стола, вышел из
кабинета. Минут через пять вернулся. Спросил:
- Значит, не знаешь, где заряжаешься дурью...
- Да говорю же, на улице нахожу.
- Ты думаешь, я идиот?
- Да ничего я не думаю.
- А ведь думаешь. Думаешь!.. На три дня в каталажку бы тебя определить.
Да нет на тебе ничего. Вроде как даже потерпевший...
В дверь постучали.
- Все, можешь идти, - показал на нее Степан.
- Домой?
- Ну да, домой, к своей Лене... Снова стук в дверь.
- Да! Входите! - гаркнул Степан.
- Дверь открылась, и на пороге появилась женщина. Самая обыкновенная, как
бы с улицы.
- Здравствуйте, товарищ подполковник, заискивающе поздоровалась она.
Иван решил, что может быть свободен. Поднялся. И собрался пройти мимо
женщины. Но не тут-то было. Лицо ее вытянулось, брови связались в узел,
глаза гневно заблестели. И в грудь ткнулся прямой, как стрела, указательный
палец.
- Он! Это он, товарищ подполковник! - обличительно выкрикнула она.
Паренек опешил. Застыл как вкопанный, выпучил глаза.
- Я узнала его. Узнала, - тараторила женщина; - Он убивал, я видела...
- Что вы видели? - выдавил из себя Иван.
- Он из ларька выбегал. На прохожего кинулся, который остановить его
пытался...
- Это правда? - нахмурил, брови Степан.
- Святая правда! - Для вящей убедительности женщина приложила руки к
груди.
- Хорошо. Спасибо вам, Антонина Дмитриевна... Степан отодвинул ящик
стола, вытащил пару наручников. Иван и опомниться не успел, как сидел на
стуле, прикованный к специальной скобе.
- Мы сейчас поговорим с гражданином, а вы, Антонина Дмитриевна, выйдите,
пожалуйста. Побудьте немного за дверью. Сейчас проведем очную ставку по всем
правилам...
Женщина исчезла за дверью. Степан остался наедине с Иваном. Жестко
спросил, будто раскрытой пятерней по лицу хлестнул.
- Зачем ларек ограбил?
- Какой ларек? - непонимающе промямлил парень.
- Продавца зачем убил? - Никого я не убивал!..
- Прохожего зарезал... Два трупа на тебе!..
Ничего такого не было.
Но в глазах Степана было столько гнева, будто Иван на самом деле грабил и
убивал. Не давая парню опомниться, подполковник накалил обстановку до
критической температуры. Паренек был в шоке. Но это было только начало.
Головомойка продолжалась.
Минут через пять в кабинете появились два других парня, сели рядом с
Иваном. Затем в кабинет вошла женщина. Степан представил ее как
свидетельницу происшествия. Она с ходу ткнула в Ивана пальцем.
- Он убивал, он, я все видела...
- Спасибо, гражданка, вы свободны... Степан снова остался наедине с
пареньком. И продолжал его прессовать. От страха беднягу колотило так, будто
у него уже началась ломка.
- Я не убивал, - твердил он.
Это было жестоко по отношению к парню. Но Степан должен был ошеломить
его, сунуть его психику под пресс кошмара. Должен был сломать ему хребет,
чтобы узнать правду о наркотиках. А делать это он умел.
Он мог бы оформить его в камеру. Продержать в ней дня три. Началась бы
ломка, от боли парень полез бы на потолок. Степан предложил бы ему дозу в