прислушивался. Нет, фальши вроде бы нет. Не врет Баланда.
- Если вдруг что услышишь, ты уж не забудь обо мне, - сказал он вору с
улыбкой, от которой у того мороз прошел по коже. - Да уж понятно, начальник,
- кивнул Миша.
- И еще... - Степан достал из кармана несколько листков бумаги с длинным
перечнем и подробным описанием вещей, которые вынесли из квартиры Цыпи-ной.
- Вот, ознакомься...
- Нормальный списочек...
Непонятно, то ли вор осуждал мокрушников, то ли завидовал их добыче. А
может, и то и другое.
- Нормальный, - кивнул Степан. - Квартира богатая, эти изверги вынесли
все, что можно...
- Не слабо барахла прикастрюлили... А не подавятся?
- Должны подавиться... Что-нибудь из вещей эти мясники попытаются
сбыть...
- Понятное дело...
- И ты по своим каналам пробьешь мне такую информацию. Кто, что, кому и
когда...
- Да уж постараюсь, - не стал открещиваться Миша. - Может, что и выгорит.
- Ты уж постарайся. Очень постарайся, а я в долгу не останусь.
- Может, тебя, начальник, еще что интересует?
- А меня все интересует, - навострил ухо Степан. Похоже, Баланда какой-то
сюрприз ему приготовил. И достаточно ценный - на это указывал многообещающий
блеск в глазах вора.
- Давай, выкладывай, что там у тебя?
- С тебя магарыч, начальник.
- За этим не заржавеет. Если, конечно, что-то стоящее накукуешь.
- Тут поговаривают, что сегодня в одном сером доме мероприятие
провернули...
- Окружная прокуратура? - напрягся Степан.
- Ага, она, радемая...
- Мероприятие, значит... Работяг обокрали?
- Ну да, ревизию провели...
- Кто?
- Да есть тут одни. Из Пскова ребята, ох и шустрые...
- Псковские, говоришь. Как их найти?
Баланда не ломался, сразу же выложил адресок. И, разумеется, добавил:
- Только я ничего не говорил...
- Конечно, нет, - усмехнулся Степан. - Это мне березки нашептали...
- Неплохая идея, - осклабился Миша. Степан достал из куртки бумажник,
раскрыл его, вытянул из него пятисотенную купюру.
- Возьми, купишь себе березового сока...
- Сок - это хорошо, - кивнул Миша. И почему-то помрачнел. - Лишь бы
березовой кашки не отведать...
Березовая каша - это порка. Только Баланде быть битым не грозит. Если
братва узнает, что Миша стучит ментам, его просто поставят на нож. И будет
большим везением, если он умрет легко и быстро.
Только напрасно он переживает. Степан своих агентов не сдает ни при каких
обстоятельствах.
- Глухо, как в танке, - невесело изрек Рома.
- Кстати, Двупалый в танковых войсках служил, - сказал Эдик.
- Очень ценная информация, - фыркнул Федот. - Калибр танкового орудия не
установили?
- Надо будет, установим.., А пока они установили круглосуточное
наблюдение за самим Двупалым. Этот прохиндей весь день провел в окружной
прокуратуре. Облил грязью битовскую милицию, заверил всех в своей
невиновности. Его бы в каталажку, так нет, его отпустили с миром. Вечером
Степану звонил лично Грудник. И сугубо официальным тоном посоветовал
оградить гражданина Двупалого от незаконного вторжения в его жизнь. И все
мероприятия, направленные на выявление его участия в убийстве гражданки
Цыпиной, проводить с санкции окружного прокурора. Короче говоря, Грудник не
исключает Двупалого из числа подозреваемых. Но работать с ним велит с
соблюдением всех атрибутов законности. А это значит, что нельзя так просто
вломиться к нему в квартиру, взять за шкирку, водворить в изолятор
временного содержания, а там пропустить через ту же пресс-хату. Степан и сам
не был ярым сторонником таких методов дознания. Но в случае с Двупалым так
бы и поступил.
Живо бы из него чистосердечное признание выбил. Выбил, если бы не Грудник
со своими высочайшими указаниями...
Федот с ребятами весь день работали по Двупалому. Только ничего не
наработали. Ни единой зацепки не нашли, по которой можно было бы выйти на
его подельщиков. Нет у Двупалого в Битово таких знакомых, которые отважились
бы пойти на мокрое дело. Разве что могли найтись в его родном селе, откуда
он прибыл в Москву лет десять назад. Иногда он туда ездил - это подтверждают
многие.
Завтра в это село отправятся Комов с Лозовым. Выяснят обстоятельства на
месте. Известно, что российская глубинка переживает не лучшие времена.
Безработица, дешевый алкогольный суррогат, отчаяние и беспробудное
пьянство - прямой путь к полной деградации. В принципе, в родных краях