имеются результаты экспертизы... А вот допросить меня вы удосужились только
сейчас, по прошествии почти трех суток с момента убийства... Почему так?
- На это у нас были свои субъективные причины, - уклончиво ответил
прокурор.
- Гражданин Нырков - вот ваша субъективная причина! - взорвался Рома.
- Вы все под ним, как стая гончих под сапогом старого ловчего... Вы
видите, я не прошу у вас адвоката. Если он будет, то только купленный,
полностью подконтрольный вам и Ныркову. И телефон я у вас не прошу, чтобы
позвонить хотя бы родственникам. Мне нужно срочно связаться с Москвой. Но вы
не дадите мне этой возможности. Потому что знаете, что я никого не убивал. И
когда из столицы прибудет компетентная комиссия, вас всех тут пустят на
колбасу!..
- В мои обязанности не входит выслушивать оскорбления подследственных, -
спокойно произнес прокурор.
Угрозы Романа не произвели на него никакого впечатления.
- Завтра мы выедем на место преступления. Для проведения следственного
эксперимента. Это всего лишь формальность...
- Ну да, конечно, формальность, - горько усмехнулся Рома. - Не более
того... Ведь вам хорошо известно, что убийца был примерно моего роста. И
сила его удара соответствует моей.
- Вот видите, вы косвенно подтверждаете свою вину.
- Ничего я не подтверждаю.
- Я же говорю вам, следствие не нуждается в вашем чистосердечном
признании. Все факты налицо.
- Отпечатки моих пальцев на стальном пруте...
- На стальном? - ехидно посмотрел на него Банякин. - А откуда вы знаете,
что прут именно стальной?
Рома с досадой понял, что сам подцепил себя на крючок.
- В постановлении написано, прут металлический...
- Но ведь он мог быть чугунным или алюминиевым.
- Да? Но я почему-то подумал, что он стальной.
- А хотите, я скажу, откуда вам известна такая подробность? - прокурор
смотрел на него, как ястреб с высоты на неосторожного цыпленка.
- Хотелось бы узнать.
- Этим-прутом вы пользовались не впервые.
- Да ну?..
Рома усмехнулся. Только ирония не очень сейчас была уместна. Он понял,
что попал в сверхнеприятную историю. Он знал, откуда в деле взялся прут.
Это тот самый штырь, которым была убита неизвестная ему женщина. Этот
прут ему сунули в руку в пыточном каземате. Оставили на нем его отпечатки
пальцев. А потом этим же прутом убили Пашу.
- Экспертизой установлено, что на острие прута кровь не только Голикова.
Этим прутом убили или ранили другого человека. И напрашивается вопрос - кто
это сделал?
- Думаете, я?.. Ошибаетесь!
- Утверждать не буду... Но дело в том, что подана в розыск некая Комарова
Людмила Панкратовна. Ее группа крови соответствует той, которую обнаружили
на острие прута.
- Ловко закручено. - Рома чувствовал себя загнанным зверем.
Но старался не поддаваться пораженческому настроению.
- На оперативном уровне есть информация, что вы изнасиловали одну
женщину...
Рома готов был ко всему. Поэтому не удивился этой небылице.
- Есть доказательства?
- Я же говорю, оперативный уровень...
- Извините меня. Но я вам не мальчик из детского сада. Я не желаю
выслушивать в отношении себя всякую гадость из области домыслов.
- Все правильно, это гадость. Изнасиловать женщину - это самая настоящая
гадость... Итак, есть основания подозревать вас в еще одном убийстве.
- Можете не продолжать. Я изнасиловал некую Комарову Людмилу Панкратовну,
а затем ее убил...
- Значит, вы сознаетесь...
- Да нет, ошибаетесь, любезный Федор Авдеевич. Это я читаю ваши мысли.
- Вы ясновидец?
- Может быть...
- Я, между прочим, тоже...
Банякин достал из ящика стола диктофон.
- Наша беседа записывалась на пленку? - спросил Рома.
- Нет, мне это ни к чему... Но на этот диктофон записывался другой ваш
разговор.
- Интересно.
- Мне тоже... Здесь запись вашего разговора с убитым Голиковым. Не знаю
почему, но он записал свой последний в жизни разговор. Как будто чувствовал,
что вы его убьете... Кассету нашли в его диктофоне.
- Я его не убивал.
Банякин не стал спорить. Он просто включил диктофон. И в уши влился голос
Паши. И его собственный голос. Рома разговаривал с ним в помещении под
магазин.
"Легко же ты покупаешься... А я думал, ты друг. А ты, оказывается, полное
дерьмо..."
"Сам ты дерьмо! Кто ты такой!.. Что я с тебя иметь буду?.."
"А с него, значит, ты что-то будешь иметь!"
"Буду. Он меня в люди выведет... А что ты мне дашь?"