испарились. - Стволы оформлены по закону. Снимем с них ваши "пальчики", и
все, не отвертеться вам.
- А на двери следы ваших ног, - продолжил Федот. - Все зафиксировано. Так
что светит вам разбой с незаконным проникновением в жилище. А это серьезная
статья. От семи до двенадцати... Или что-то не так?
Степан не прочь был выслушать "близнецов". Но дал слово одному из них.
Для этого всего-то и понадобилось сорвать со рта полоску скотча.
- Командир, ну ты чего? - испуганно залепетал "кожаный". - Какое до
двенадцати?..
Федот "включил звук" второму.
- Да мы это, шли просто, - затараторил тот. - Слышим, девка орет.
Насиловали ее, ага!..
- Ну да, или насиловали, или резали, - закивал. первый. - Ну мы это,
дверь снесли. А там пацан. Глаза злые, пена изо рта. А в руках по стволу.
Типа, руки в гору, говорит. А нам чего делать оставалось? Жить-то хочется...
- А-а, значит, вы у нас герои! - с ухмылкой протянул Федот. - А мы вас за
преступников держим...
- Да какие преступники, начальник! Говорим же, девчонку спасти хотели...
- Ну да, и пистолеты с собой для этого дела прихватили. С глушителями...
- Да это не наши стволы, начальник, - как-то не очень уверенно
открестился от оружия "близнец".
- Это ты так говоришь. А что скажет экспертиза?
- А что экспертиза? Этот чувак нам стволы в руки вложил. Чтобы пальчики
на них оставить...
- Ага, у этого чувака добрый дядя в Италии живет, на оружейном заводе
работает. У него этих "беретт" завались. Вот и шлет кому ни попадя. А
племянник разбрасывается ими налево и направо. Да?.. Лично я бы на такого
идиота, как ты, дрянную рогатку пожалел...
- Ну это ты, начальник, а это он...
- Это ты правильно сказал, - кивнул Степан. - Он - это он, а я - это я.
Он вас скотчем связал, а я вам наручники пропишу. Он вас с собой не забрал,
а я заберу. В изолятор временного содержания оформлю. А дальше в Бутырку
пойдете. В камеру для мудозвонов. Сокамерникам своим лапшу на уши грузить
будете. Если получится... Комов, как ты думаешь, получится?
- Не-а, - с серьезным видом покачал головой Федот. - Не получится.
Активные педерасты, они ведь не ушами любят. И не глазами. Другим местом.
А сказать, в какое место?
- Эй, начальник, какие педерасты? - хором заголосили "близнецы".
- А в камерах для мудозвонов только такой контингент и водится. Не
волнуйтесь, вы тоже педерастами станете. Правда, пассивными. Знаете тюремную
поговорку? Пассивный активным стать не может...
- А если учесть, в какую статью вы вляпались, то перспективка вас ожидает
веселая. Слышали про такие конфеты - петушок на палочке? На зоне такие
конфеты ох как любят. Не верите?
- Какие петушки, начальник? Какие палочки? - "близнецы" были близки к
истерике. - Мы же говорим...
- Опять двадцать пять? - грубо оборвал Степан. - Опять мудозвонством
занимаетесь... Комов, вызывай наряд. А я с начальником Бутырки свяжусь,
пусть камеру готовит...
В Бутырку их везти Степан не собирался. Но машину из отдела они вызвали.
"Близнецы" к этому времени были доведены до кондиции. Они прекрасно
знали, с кем имеют дело. Знали, на что способен Волчара.
- Начальник, может, не надо? - взывали они. Но подполковник Круча был
неумолим. "Близнецов" погрузили в машину. Туда же сунули их дружка.
- В отделение, - во всеуслышание распорядился Степан. - А завтра утром в
Бутырскую тюрьму. - И в интересах дела соврал, вернее, дезинформировал:
- Там уже все договорено...
В зарешеченном отсеке "уазика" для троих места было слишком мало.
- А не тесно им там? - нарочно спросил Федот.
- Ничего, пусть притираются. Пока друг к другу. А потом к любителям
"петушатинки". Пусть привыкают к тесной мужской компании...
Степан сказал это со всей серьезностью. И тут же из отсека до него
донеслось истеричное:
- Ну начальник!..
Задержанных доставили в изолятор временного содержания. По старому - КПЗ.
Раскидали по отдельным камерам. Результат не замедлил сказаться. Уже
через полчаса Степану доложили, что один из "близнецов" просится к нему на
аудиенцию.
Вроде как с доверительным разговором.
- Процесс пошел, - сделал вывод Федот.
И не ошибся.
Задержанного звали Женей. Кличка - Джин. Он готов был честно во всем
признаться. Но прежде поставил условие - чтобы об этом разговоре не знал
никто.
- Это я тебе обещаю, - кивнул Степан. Наивное условие - наивный ответ. И,