предлагал...
- Молоток, ловишь мышей, - похвалил его Чес. - Ну и как, согласна?
- Да нет. Ей это ни к чему. Она в институте учится. И предки у нее не
слабо зарабатывают...
- А этой, Вике, предлагал? - спросил Клод.
- Да вы что? - вытаращил глаза Жалыба. - Вике только скажи такое,
обидится на всю жизнь. Здороваться перестанет...
- Что, такая обидчивая?
- Вика у нас чистое золото. Лучше не бывает. Повезло Игнату...
- Игнату? А это что за фрукт?
- Да кореш мой. Он сейчас в армейке, в морпехе служит. Вика ждет его.
Никто никого так не ждет, как она...
- Ангелочек, в натуре, - усмехнулся Чес.
- Ага, святая, - без всякой задней мысли согласился Гена.
- Сколько ей лет?
- Восемнадцать...
- А сколько еще пацана ждать?
- Да Игнат вот-вот будет. Два годка отпахал, хватит, на хату пора...
- Под крылышко к Вике?
- Точно. Они сразу свадьбу собираются справить...
А вот этого не будет. Никому Клод не отдаст эту киску. Она должна
принадлежать только ему или никому другому...
- А чо, крутой пацан этот Игнат? - спросил Чес.
- Да не хилый. Моей комплекции. И машется отменно...
- Даже лучше, чем я? - покривился Клод.
- Не, ну вы, конечно, лучше...
На "вы" к нему Жалыба обращается. Это хорошо.
- Посмотрим.
Клоду вдруг захотелось встретиться с этим Игнатом на ринге. И хорошо
намять ему бока. Но куда больше ему хотелось занять его место при Вике. И он
обязательно его займет.
***
Степан Круча появился в отделении. И сразу к оперативному дежурному.
- Здрав жлаю, товарищ майор! - потянулся Иваныч. - Как машина? Ездить
можно?
- Можно, если осторожно...
У Степана появилась новая машина, "Волга" - старую он потерял этой
весной. Киллер один взорвал. К счастью, не вместе с ним.
На этот раз машина только с конвейера. "Волга-31-10". Комфортный салон,
усиленная ходовая, фордовский движок. Зверь машина.
Сейчас он мог афишировать свое благосостояние. Сестра Люба - невеста
преуспевающего бизнесмена Болотова Виталия Георгиевича. От него Степан
материально не зависел. Но пусть люди считают, что "Волга" - его подарок
брату будущей жены.
- Как у тебя дела, Иваныч?
- Все в порядке, Степаныч. Твоими молитвами...
- Заявления были?
- Да было одно. Только что женщина и мужчина приходили.
- Чего?
- Муж и жена. Дочь у них пропала.
- Давно?
- Одну ночь дома не ночевала...
- Сколько лет?
- Восемнадцать...
- И всего одну ночь?
- Ага. Я им так и сказал, что это не повод для паники. У подруг, мол,
ищите...
- Заявление зарегистрировал?
- Ну я же не первый раз замужем.
- Все нормально, успокоились?
- Да какое там! Такой хай подняли! Нигде не может ночевать их дочь,
только дома. И вообще, она у них пай-девочка. Акт-тивистка, спартс-сменка,
камс-сомолка...
- Ладно, не ерничай. Может, и в самом деле что стряслось...
- А вот и они, легки на помине. Снова пожаловали...
В окошке дежурного нарисовались двое, мужчина и женщина. Степан счел
своим долгом выйти к ним.
- Вы начальник? - спросила его женщина.
Она смотрела на него с надеждой и тоской. Глаза - красные от слез.
Степану было по-человечески жаль ее.
Сразу видно, пара не бедствующая. Хорошо одеты, у женщины золотые
украшения, у мужчины дорогие часы, кожаная "визитка".
- Если вам нужен начальник всей этой конторы, то вы ошиблись. Но если вам
нужен начальник уголовного розыска, тогда я к вашим услугам...
- Да, да, мы бы хотели поговорить с вами...
- По поводу вашей пропавшей дочери?
- Вы уже знаете?
- Как видите... Пожалуйста, пройдем ко мне в кабинет...
Он не думал, что разговор с несчастными родителями займет много времени.
Степан усадил посетителей на кожаный диван напротив стола, сам умостился
в своем кресле.
- Я вас внимательно слушаю...
- У нас пропала дочь, - сказал отец.
- Это я уже знаю.
- Вика утром уехала в институт, и больше мы ее не видели, - как о чем-то
из ряда вон выходящем сообщила мать.
- Может, я не прав, но насколько я знаю, вашей дочери восемнадцать лет.
Она уже взрослый человек, у нее своя жизнь. Может, загуляла где...
И тут же на Степана хлынул поток возмущенных слов.
- Поймите, Вика не такая девушка, чтобы не ночевать дома! - закончила
свою речь мать.
- Вы должны помочь нам найти ее! - заключил отец.
- Ладно, будем искать, - Степан напустил на себя угрюмую озабоченность. -