— А вам не кажется, что вы стали жертвой собственных амбиций?
— Если хотите, да. Я сам сел в поезд, который мчится в пропасть. И вот теперь я здесь, в вашей клинике, но в худшем случае я мог бы оказаться и в другом месте, вам не кажется?
— Вы правы… Самое ужасное, что может быть на свете, — это выпачкать руки человеческой кровью. Особенно кровью ни в чем не повинных людей…
— С вашими рассуждениями я не согласен, доктор. Все это пропаганда. Кто же не испачкал рук в крови, если он участвует в войне? Мир создан для убийств. Это бойня, бордель и базар одновременно…
— Не надо рисовать все слишком мрачными красками. Мир совершенно не таков. Трагедия же людей как раз в том и заключается, что они не готовы отвечать за собственные поступки.
Кудела упорно не хотел брать на себя вину за все происходящее с ним самим. Некоторое время они с доктором внимательно смотрели друг на друга. В палате сгустились сумерки. В городе зажглись фонари. Но доктор и пациент все сидели в темноте. Куделе показалось, что одетый в белый халат доктор похож на привидение. Помолчав немного, доктор спросил:
— В читаете библию? Наверное, помните притчу о перевоплощении?
— Помню. Были времена, когда я в одной руке держал библию, а в другой — пистолет.
— Хочу вам только напомнить о том, как один из учеников Христа помог прозреть некоему недругу христиан и тот превратился в апостола… Так вот я надеюсь, что вы тоже наконец прозреете…
Прошло несколько недель, как Кудела находился в клинике. Постепенно беседы с доктором стали для него потребностью. Еще никогда в жизни он не встречал человека, которому мог бы доверять свои душевные тайны. Они подолгу разговаривали, встречаясь почти каждый день.
Беседы обычно велись в полутемной палате. Кудела лежал на кровати и отвечал на вопросы доктора. Ему казалось, что он разговаривает сам с собой. Иногда доктор что-то записывал. Особенно его интересовали детские годы Куделы.
…Анте был первым ребенком у нежной, хрупкой матери и грубого отца. Мать отдавала сыну все свободное время, баловала его. Отец же стал обращать на него внимание только тогда, когда тот начал ходить. Именно с этого времени отец начал прививать сыну такие черты характера, как твердость, жестокость, потому что считал, что без них человек ничего не добьется в жизни. Материнская нежность соединилась в Анте с отцовской беспощадностью. За малейшую провинность отец наказывал Анте ремнем, но буквально на следующий же день ласкал его и дарил подарки. Отца Анте уважал, но в то же время и боялся. А иногда и просто ненавидел… Через два года после рождения Анте у него появился брат, потом сестра.
Росли дети все вместе. В доме был достаток. Маленький Анте все больше становился похожим на отца. К младшему брату и сестре он относился свысока, считая, что они должны ему во всем подчиняться.
Когда Анте учился в школе, произошел такой случай. На сушившуюся во дворе дома Куделы кукурузу повадились прилетать воробьи. Анте, притаившись, стрелял в них из рогатки, что доставляло ему большое удовольствие. Отец хвалил его за это и приговаривал, что кукуруза их собственность, а значит, воробьи — воры, которых надо строго наказывать. Убитых воробьев Анте закапывал в саду. Когда воробьев стало меньше, мальчик принялся расстреливать из рогатки залетавших в сад дроздов, синиц, овсянок, но отец запретил ему делать это, поскольку то были полезные птицы, очищавшие фруктовые деревья от вредителей.
В школе Анте всякий раз стремился продемонстрировать свою силу перед товарищами, напугать их. Вскоре он стал заводилой в классе.
Дома у Куделы часто резали то овцу, то теленка. Анте любил смотреть, как льется кровь, и дрожал от наслаждения, когда животное вели на бойню. Ему еще не исполнилось и тринадцати лет, когда отец дал ему нож, чтобы он сам прирезал овцу. Поначалу мальчик струсил, но виду не подал, не хотел, чтобы кто-нибудь заметил это. Потом резать животных по просьбе отца стало для Анте привычным делом.
Когда Анте уже ходил в гимназию, отец вдруг решил, что его сын должен стать мясником. Но этому воспротивилась мать, которая не хотела, чтобы ее Анте занимался таким делом. Она мечтала, что ее первенец будет священником или судьей, пробьется в высший свет. В школе Анте был отличником и всегда поддразнивал брата, который был не очень способен к наукам и больше любил копаться в земле.
Родителям и учителям пришлось много повозиться с Анте, когда у него наступил переходный возраст. Анте рано стал интересоваться вопросами пола. Его внимание как-то привлекла молодая деревенская девушка, работавшая в их доме на кухне. Анте было тогда пятнадцать лет, а ей — чуть больше двадцати. Жила девушка в пристройке. Однажды Анте заметил, что занавески на ее окнах задернуты неплотно. Он подкрался к окошку и стал подглядывать, как она раздевается. Подглядывал до тех пор, пока девушка не легла и не погасила свечу.