Немцы сразу же заметили ребят. Высокий блондин, который поддерживал раненого, испуганно посмотрел на пистолет Душко, на мертвое тело девочки, на гранату в руках Босы и замер. Застыли и ребята. Гитлеровцы перебросились между собой несколькими словами, и высокий стал медленно опускать руку в карман. Душко следил за каждым его движением и, как только фашист опустил руку в карман, нажал на спусковой крючок. Блондин покачнулся и, широко раскрыв рот, стал валиться на бок. Душко выстрелил еще, на этот раз в раненого.
— Чего они хотели? — спросила Боса.
— Они хотели убить нас, — уверенно произнес Душко. Он подошел к немцу и вытащил его руку из кармана. Рука сжимала небольшой, блестевший никелем пистолет.
— Красивый, — сказал Душко так спокойно, словно нашел его в лесу. — А теперь скорее пошли отсюда! — И, взяв на руки тело сестры, он перешагнул через трупы гитлеровцев.
Где-то наверху, над ними, снова послышалась стрельба.
Долгие блуждания по лесу и горам в туман и дождь вконец опротивели майору Шлахту. Как только припускал дождь, майор забирался в палатку и отсиживался там, пока его солдаты мокли в лесу. Партизанская бригада, которую гитлеровцы безуспешно хотели уничтожить, разбилась на мелкие отряды и, умело маневрируя, благополучно вышла из окружения.
Кудела и Шлахт, сидя у палатки на опушке леса, пили кофе из термоса и ждали донесений о ходе боя. Гитлеровец был чем-то недоволен, курил трубку и сердито поглядывал на своего офицера связи.
— Вы зря на нас сердитесь, герр майор, — проговорил Кудела, перехватив недовольный взгляд Шлахта. — Не стоит возлагать всю вину на наших солдат. Данные разведки были достоверными. Просто партизаны оказались хитрее, чем мы рассчитывали. Не можем же мы побеждать везде и всюду.
Немца вдруг прорвало.
— Где и когда вы побеждали? — сердито выкрикнул он. — Вы, усташи, не воспринимаете войну всерьез! Хотя у вас и есть армия, но вы никак не можете навести порядок в собственном государстве, покончить наконец с коммунистами. Вы храбро воюете только с гражданским населением, а когда дело доходит до крупных партизанских отрядов, то все приходится расхлебывать нам. А уж если быть до конца откровенным, то ваши усташи на Козаре воюют словно слепые котята. Я категорически против того, чтобы солдаты чувствовали себя здесь туристами, любующимися прекрасными горными пейзажами.
Кудела, видя, как беснуется немец, злорадно подумал: «С какой радостью я влепил бы тебе по роже!» Однако ему не оставалось ничего иного, как подчиняться приказам немецкого майора.
Шлахт медленно допил кофе и продолжал уже спокойнее:
— Все несчастье Германии заключается в том, что у нее плохие союзники, которые не оправдывают ее надежд и не выполняют приказов. Разве мы провозгласили Независимое государство Хорватия только для того, чтобы ежедневно, не жалея сил, защищать вас? Нет и еще раз нет! Мы сделали это для того, чтобы вы нам помогали. Возьмите, к примеру, итальянцев. Как они воевали на Неретве, на Сутьеске — стыд и позор!..
Когда Шлахт снова налил себе кофе. Кудела воспользовался этим моментом, чтобы выступить в защиту усташей.
— Если позволите, герр майор, я внесу кое-какую ясность. Не мы виноваты, что партизаны научились воевать. Раньше они всегда шли напролом и тут же оказывались в окружении. Сейчас они научились маневрировать и выходить из окружения даже в невероятных условиях. Здесь, в лесу, они чувствуют себя как дома. Сколько раз им удалось перехитрить нас? Боюсь, что если мы тут месяц просидим, даже если нас будет вдвое больше, они все равно вырвутся из окружения.
— И вы, нисколько не стыдясь, говорите мне это?
— Ничего плохого я не сказал. Разве из всех ваших союзников не мы самые верные? Разве не мы внедрили у себя ваши принципы? Посмотрите, как мы «поработали» с мирным населением… У нас же руки в крови!
— Вероятно, вы принимаете за врагов крестьян, подростков, женщин и стариков, которых вы истребили только потому, что они сербы?
— Вы правы. Их мы уничтожали с той же последовательностью, с какой вы уничтожаете евреев и коммунистов.
— Здесь уместнее сказать «мы уничтожаем». Это наше общее дело. Любое сопротивление мы должны подавлять силой, а партизаны — значительная часть населения. Их политическая организация — это основа их сопротивления. Но давайте будем последовательны. Именно это я вам и хотел сказать, поскольку вы — офицер связи с нашим штабом. Фюрер не раз говорил, что на пути к победе не следует без нужды плодить новых врагов. Нам и старых хватает. Кудела, уверяю вас, массовое истребление местного населения породило вдвое больше партизан. А ведь этого могло и не быть.