– Премию дали! – Настя довольно улыбнулась.
– О-о, поздравляю. – Николай поставил бутылку обратно. – Но в будний день же пить нельзя. – Он приподнял правую бровь.
– Пить нельзя, а выпить – можно! – парировала Настя.
– Я пас! – Николай открыл сухое вино и налил в один бокал.
– Мне больше достанется. – Девушка пододвинула к себе тарелку с сыром, медом и курагой.
– А у нас с квартальной премией тухляк. – Он выложил на тарелку запеченные роллы. – Налажали мы – пропустили переходник и массовое заражение сущностями. Хоть бы месячную дали.
– Ну, не вы же. – Настя отпила вино. – Зря отказался, вкусное.
– Им не докажешь. – Николай методично уничтожал роллы. – Всех собак на нас повесили.
– Так что все-таки с ремонтом? – Девушка поняла, куда он клонит.
– Кредит возьму, – решился Николай. – Надо довести до ума. А то у меня тут тоже аномальная зона: стены неровные, розеток мало, трубы сгнили.
– Линолеум протерся, – поддержала Настя, – обои отходят.
– Мрак и запустенье, – кивнул Николай, – того гляди лярвы заведутся.
– Или любимая женщина ведьмой станет. – Настя допила вино и отставила бокал.
– Уже, – со скорбным видом покачал головой Николай. – Мертвецов видит!
– И изгоняет их. – Она встала из-за стола, подошла к Николаю со спины и обняла его. – Странная мы парочка. В Средние века ты сжег бы меня на костре.
– Обоих бы сожгли. – Он погладил ее по руке. – А может, камнями бы побили.
– Притопили бы сперва, а после побили. – Настя поцеловала его в щеку, ее дыхание участилось.
– Как на тебя вино положительно действует. – Николай запрокинул голову и приник к ее губам.
Настя жарко ответила, а затем села к нему на колени. Ее пальцы скользили от одной пуговицы к другой, расстегивая рубашку; голова склонялась все ниже, девушка покрывала тело Николая быстрыми поцелуями. Волна страсти охватила его, Николай стащил кофту с Насти и освободил ее пышные груди из тесных объятий бюстгальтера, уделяя внимание каждой. А потом Николай и Настя занялись совсем не гимнастическими упражнениями на стуле.
Глава восьмая
Призрак
Женщина не походила на обычную посетительницу ОБХСС. Приблизительно шестидесяти лет, выше среднего роста, худенькая. Ее светлые волосы были уложены в высокую прическу, серо-голубые глаза выделялись на лице. Льняной костюм в цвет глаз подчеркивал точеную фигуру посетительницы, в неглубоком декольте виднелись крупные бусы из розового кварца.
– Мне знакомая посоветовала обратиться. – Женщина присела на краешек стула, точно собираясь в любой момент немедленно сбежать.
Посетительницу звали Леверова Лариса Павловна. С возрастом Николай не ошибся, ей исполнилось шестьдесят три года. Работала она в прошлом журналисткой, сейчас подрабатывала рерайтингом – с работы пришлось уйти после нескольких госпитализаций.
– Четыре больницы, три операции, две реанимации, – перечисляла она, – то панкреатит, то инфаркт. У мужа рак, пришлось кредит на лечение брать. У сына тоже операция – удалили желчный с камнями, у невестки – внематочная, больше детей не будет. Единственный внук, спортсмен, распорол ногу – тоже зашивали. Год страшный.
– И что думаете? – Николай сам пока никаких версий не строил, Марианна тоже молчала, давая высказаться Ларисе Павловне.
Остальные сотрудники отсутствовали: Женечка отправилась в архив искать упоминания о доме в Капотне, Денис дежурил по району, а шефа вызвали на городское совещание.
– Я… – Она замялась. – Не подумайте, я не суеверная… – Она собралась с духом и продолжила: – Но словно сглазили нас.
– На уничтожение рода, я бы сказала. – Марианна подалась всем телом вперед, чтобы не пропустить ни слова.
Николай не торопился с выводами – в жизни разное бывает, но проверить бы посетительницу не мешало. Ее первым делом отправили в фельдшерский кабинет. После сканирования Лариса Павловна вернулась со снимком ауры – посреди солнечного сплетения расползлась клякса грязно-красного цвета, от нее вверх шел темно-синий канал. Николай с трудом удержался, чтобы сохранить спокойствие. Марианна зачитала предварительное заключение:
– «Ярко выраженные последствия воздействия крадущей степени Б. Некротический канал».
Они переглянулись: степень Б считалась редкостью, как и крадущие. Те обычно были привязаны к артефактам: старинным вещам, передаваемым из поколения в поколение.
– Нам бы квартиру вашу осмотреть, – заикнулся Николай.
Лариса Павловна растерялась:
– Это обязательно? Я во Владивостоке живу. – Возникла секундная пауза, Николай не сразу нашелся что ответить. – Я в Москву на обследование приехала, – пояснила Лариса Павловна. – А в медицинском центре разговорилась с одной женщиной, слово за слово. Она и дала ваш адрес.