Его. Энзо.
Энзо знал, что в голове у Олли рождались некоторые догадки происходящего, но не спешил опрашивать подкидыша. Не время. Сейчас фокус на другом.
Они все так же шли на пение птиц, с каждым шагом оно становилось все ближе. Его мобильник давно разрядился, несмотря на это Энзо продолжал доставать его из кармана и нервно вертеть в руках – вместо сигареты. Он думал об Амелии, сам не понимал, почему именно в голове рисовался ее образ – такой неприступной и непоколебимой.
Спустя время дорожка сузилась до предела, и кроны деревьев стал пошатывать прохладный ветер. Казалось, что лес стал меньше, но собрать детей в кучу и обойтись без преждевременных травм удавалось – они слушались Энзо, словно голос разума.
– Птицы больше не поют, – вдруг произнесла одна девочка, вцепившись в руку мальчика постарше, кажется, брата.
И правда, звуки природы больше не были слышны. Однако, не успел Энзо переварить эту информацию – прямо над их головами раздалось громкое карканье. На дереве, что возвышалось над ними, сидела ворона. Вновь послышалось нежное пение – незнакомые ему птицы с белым окрасом и вытянутым клювом, которых в Патрии было пруд пруди, летали повсюду, будто боясь присесть рядом с вороной. Пошатнулись деревья, неприятный хруст утонул в завывании ветра, который, казалось, в эту секунду усилился, и все живое в этом лесу внезапно пришло в движение.
Небо захватили тучи, ни намека на солнечный свет. Тело Энзо покрылось мурашками.
– Что происходит? – возмутилась Кая, хватая детей за воротники и опуская их головы, хотя те наверняка переносили подобные природные изменения гораздо лучше нее.
– Энзо Приц… Или мне лучше сказать Безустанный?
Этот глубокий низкий голос заставил всех разом поднять глаза.
Мальком Запанс выглядел старше своих лет. По крайней мере, когда Энзо видел его в прошлый раз, тот не имел заметную бородку и потухшие глаза с залежалыми синяками. Близилось Вечное Перевоплощение, и это было видно. Позади Малькома располагались палатки, видимо там и сидели подкидыши. Ждали своего часа. Или же, палатки пусты? Сложно было разглядеть. Непонятно, пришли ли они вовремя или опоздали.
Энзо вышел вперед, взглядом приказав каждому оставаться у него за спиной.
– Рад встречи, Мальком. Очень рад.
Альфа Патрии заулыбался. Как и прежде, Энзо стало не по себе – но теперь это не был страх. Подобного ощущения он не чувствовал ранее. Что-то похожее было при его вылазках с отцом. Предвкушение перед неизвестным?
– Тебе это может показаться странным, но и я доволен, – глаза Малькома скользнули по полуволчатам, но всего на миг, – Приятно видеть, как обычный человек заботится о детях Патрии. Отдается некий долг, не находишь? Мы заботимся о ваших детях, вы о наших. Хотя, то, что твоя подруга пытается уберечь их от холодного ветра кажется мне забавным. Они хоть и дети, но не такие слабые, как люди.
Энзо расплылся в ответной широкой улыбке.
– Именно поэтому вы и желаете перевоплотить детишек, а потом и всю стаю, я же правильно вас понимаю?
– Для балбеса, которым тебя считает моя дочь, ты очень сообразителен.
– Боюсь, балбесом она меня больше не считает. Учитывая некоторые вмешательства вашего старшего сына.
Мальком не успел скрыть озадаченности за маской безразличия.
– Вы все правильно услышали. Дэн, кажется, не такой послушный мальчик, каким вы его прежде считали. Внушил мне спалить ваши земли дотла. Мыслительный поток, так вы его называете?
– Невозможно, – точно также, как Амелия, впервые услышавшая эту новость, ответил Мальком, покачав головой.
– Еще как возможно. Ваш сын продолжал внушать мне свои идеи и мысли, пока я в конечном счете не осознал… что я был куклой в этой игре. Пункт его плана по освобождению. Но все явно было не так просто, каким-то образом Дэн догадался, что я из себя представляю, еще до того, как это понял я. Ответьте на вопрос, Мальком… Кто я?
Теперь, мужчина не скрывал своего искреннего удивления. Смотря на него, такого задумчивого и хмурого, Энзо вдруг поймал себя на мысли, что ему хочется высказать все этому старику. Рассказать обо всех симптомах, своих догадках, своих тягучих мыслях. Сейчас, он не видел перед собой угрозы. Он видел лишь замученного сумасшедшего старика, в котором в эту секунду проснулось сознание. Старика, которого не обвинили в неправильности его взглядов, а наоборот, глупо последовали за ним.
Будто прочитав его мысли, его взгляд поймала Кая. В глазах девушки читалось нечто иное, некая отстраненность, она уже не показывает, что разделяет его проблемы. Он чувствовал участие, как прежде, но теперь, она не стояла с ним рядом, или позади него. Она стояла с детьми, с другой от него стороны, заботясь сейчас об их безопасности и оставляя Энзо один на один с его демонами.
Она отпустила. Энзо видел тот поцелуй с Вилем. Теперь ее сердце в руках другого.
Он кивнул ей. Она, кажется, поняла его, и кивнула в ответ.
Я по-прежнему с тобой, но уже не так, как раньше.
– Гибриды упоминались лишь в древних сказаниях первородных, – задумчиво начал Мальком, – Это легенда. Сказка. Человек, переживший укус волка до возраста, положенного для перевоплощения. Они были иными, не такими, как обычные полуволками. Переняли лишь часть их способностей.
– Я ни разу не перевоплощался в волка, – бросил Энзо.
– Начнем с тобой, что я все еще не верю тебе. Но если допустить, что ты говоришь правду – гибридам этого и не нужно. Они перенимают лишь волчий дух, а не его оболочку, – Мальком вдруг улыбнулся, – Может, поэтому ты такой сорванец? Тебе не сидится на месте. Тебе всегда чего-то не хватает, правильно? Пустота в груди. Что-ж… Мне льстит, что ты задаешь эти вопросы мне, но, полагаю, пришел ты не только поэтому.
– Верно. Я пришел, чтобы вы наконец поняли – то, что вы творите, какую цель преследуете – это неправильно. Даже я, человек не самый честных кровей, говорю вам это. Ваша стая боится вас. От вас сбежали ваши дети. Таким правителем вы хотели быть? Возомнили себя Богом?
Мальком заулыбался и поднял глаза к небу:
– Мать-природа давала мне знаки, давно давала… Я должен был остановить несправедливость. Ты прекрасно понимаешь, о чем я, Безустанный, ведь сам крадешь лишь у людей, заработавших деньги нечестным путем. О да, ненужно так удивляться. Я достаточно разузнал о вас. Ты хороший парень, строящий из себя плохого. Охотники давно были на наших землях, и пора бы уже кому-то дать отпор людям. Моя жена не справилась с этим. Нас втоптали в грязь, отдали клочок земли, приносят детей на содержание…
– Вам дали свободу.
– Нет, – возразил Мальком, останавливая взгляд на Олли. Казалось, только сейчас альфа заметил подкидыша. – Нас сделали рабами. Мы воспитывали чужих детей, в то время, пока на нас велась охота. Мы терпели. Подчинялись.
Энзо вышел вперед.
– И каков же ваш план? Превратить всю стаю в волков? Какой справедливости вы добьетесь?
– О, ты не представляешь. Я уже почти добился ее. Правительство Алиены зависит от нас, все ждут нашего решения касательно детей, жаль, правда, что они его так и не дождутся. Дети превратятся в волчат, и вся Алиена будет помнить этот день, когда из-за пренебрежения к Патрии, потерпела потери. Начнется хаос. Люди пойдут против правительства. А мы будем на свободе. Нас оставят в покое, все будут помнить о Патрии, как о племени, что пошатнула стул правителя. В наши леса перестанут соваться, и мы проживем столько в волчьей шкуре, сколько нам уготовлено матерью-природой… Слышишь, Олли? Не трусь, я вижу на твоем лице сомнения. Я не злюсь на то, что ты испугался, дитя. Ты был моим помощником в отсутствие моих детей, за это я благодарен тебе. Ну же, сделай правильный выбор. Чего ты добьешься, будучи на их стороне? Твоя жизнь отныне будет продолжаться либо в сокрытии, либо под вспышками камер. Ты готов ступить на землю, где вот-вот начнется хаос? Или все-же останешься здесь, где слышно лишь птичье пение.
Олли энергично мотал головой из стороны в стороны, в уголках его глаз показались слезы. Мальчик словно заставлял себя оставаться на месте, несмотря на то, что слова альфы явно затронули что-то в его душе.