– Это же почти двадцать пять детей. Дело есть дело. Куда будем тела девать? – поинтересовался Тони.
– Как говорится: «Нет тела – нет дела». Есть у меня человек, который поможет от них избавится. Если от них что-нибудь останется.
Утром следующего дня, пока Кристиан ждал возвращения Лены и Бетси, он решил включить новости. Ведущая рапортовала о прошедшем в центре города празднике. Другой ведущий обещал на ближайшее три дня абсолютно ясную и теплую погоду. После должен был начаться какой-то второсортный боевик, но вместо этого начался экстренный выпуск новостей.
– Уважаемые жители города Верт, – начал хмурый мужчина средних лет в коричневом пиджаке, великоватом на пару размеров, – мы вынуждены прервать стандартную программу нашего вещания. Сегодня ночью было совершено нападение на автобус Средней школы города Верт на трассе между городом и Стонксом, небольшим, но близким поселением. Все 18 школьников и водитель были зверским образом убиты. У каждого человека разодрана шея. Из оцепеневших рук водителя было извлечено два клочка шерсти серый и чёрный. Полиция подозревает, что нападающих было трое и две охотничьи собаки. Если кто-то располагает дополнительной информацией о происшествии, просим связаться с полицейским участком по номеру, который вы видите на экране.
– Этого нам ещё не хватало, – произнёс в слух Кристиан.
Следом шло обращение местного конгрессмена к народу, который заверил, что до конца расследования все школьные автобусы будут сопровождаться вооружённой охраной, а также решением конгресса был введён комендантский час для лиц, которые младше двадцати одного года.
– Сомневаюсь, что это поможет, – сказала появившаяся в дверях Лена.
– Как прошло? Я думал, что я сдохну. Боль была такая, что я сломал себе руку, чтобы отвлечься. – признался Кристиан, выключая телевизор, – Мои глаза сменили цвет на серый.
– Лена чуть не выплюнула свой желудок, – сказала Би, следуя за Леной.
– Мой цвет глаз тоже сменился, – подтвердила альфа, – Надеюсь Дилан справился с переходом в омеги.
– Я накурила его. Он всё ещё должен быть отключён, – сказала Би, пожав плечами.
– Накурила? – переспросил официант.
***
Дорога в глубь леса оказалась, если сказать утомляющей, значит ничего не сказать. Дилан измотался, стараясь поспевать за женщинами. Маленькая одноэтажная постройка с чердаком на тот момент показалась пятизвёздочным отелем.
Окинув изучающим взглядом домик, розовые очки с Дилана спали. Постройка представляла собой классический охотничий домик. Покосившаяся крыша, скрипучие деревянные ставни, колыхающиеся на ветру, вносили нотку страха.
– Этот домик построил мой отец, – Лена начала и замялась, – вернее будет сказать отчим.
– Не думаю, что и это верно, – вмешалась Би.
– Главное, чтобы была крыша над головой, – решил поддержать Лену Дилан. Он слегка коснулся её плеча.
– Теоретически, ты – волк. Тебе не важно даже это. Ты можешь спать хоть в лесу абсолютно без одежды в дождь, – съязвила Би.
– Ты – человек, однако, в полнолуние полгода назад тебя этот факт не остановил, – вмешалась Лена.
– Ауч… А не надо было в конфеты добавлять столько коньяка, – запротестовала Би, – А зачем ты принесла целый ящик?
– А зачем ты после конфет решила поплавать в озере? А потом мне пришлось вылавливать твой голый дряхлый зад с глубин леса. В то полнолуние я боялась больше не за себя.
– Да, хорошие были времена. Плохо, что теперь мы проводим эту ночь на сухую.
Женщины двинулись по заметённой листвой гравийной дорожке во внутрь домика.
Внутреннее убранство соответствовало внешнему. Такие же простые бревенчатые стены, на которых красовались изображения волков и какие-то символы. Дилан сопоставил все слова и сложил фразу: «Nemo omnia potest scire». Размышляя над переводом слов, он и не заметил, как выпал из реальности. Некоторые слова казались смутно знакомыми, но в целом когда пазл почти собирался, картинка вновь рассыпалась.
– «Никто не может знать всего», – раздался за спиной голос Лены, вырывающий из размышлений.