Данияр понимал, что напиток, дурманящий сознание, помогает девушкам пережить выпавшие на их долю испытания, но он бы хотел, чтобы Ника осознавала происходящее, и чтобы она видела, как он сражается за нее, и поддерживала, хотя бы мысленно. Он понимал, что это был эгоизм чистой воды, но ничего не мог с собой поделать. Эта девушка сранно на него влияла.
Ещё недавно он даже не подозревал о её существовании, а сейчас казалось что нет никого важнее неё. Она постоянно занимала его мысли. Ему хотелось обнять ее, защитить, закрыть от всех проблем. Мелькнула даже мысль помочь ей сбежать обратно в мир людей. Племени это очень даже не понравилось бы, но остановило его совсем другое. Её всё равно бы вернули. Не в этот год, так в другой. Если она стала избранной, то от этого нельзя уже было избавиться. Её судьба была решена. Оттягивать неизбежное смысла не было.
Оставалось только победить в бою и забрать её. Его просто невероятно тянуло к этой девушке и он понимал, что не сможет отдать её другому.
Думал ли он, что возможно Ника не захочет, чтобы её мужем стал именно он? Да думал. Но он помнил как она смотрела на него, с какой теплотой и нежностью. Он хотел верить, что у них получится понять друг друга, и их взаимная симпатия возможно перерастёт во что-то большее.
Но для начала ему нужно было победить.
- Скоро все решиться – подумал он и пошел на ритуальную поляну.
14.
Девушек привели в их дом. Все без сил упали на кровати. Нужно поесть, но аппетита совсем не было. Дурман практически выветрился и все прекрасно понимали, что происходит. Безысходность словно давила на них. Они уже ничего не могли изменить. Всё решили за них. Их словно кукол - привели, поставили, увели. Потом снова приведут, поставят... О том, что будет дальше думать не хотелось.
К еде так никто и не притронулся. Но перед тем, как отвести девушек на поляну, им подали чашу с дурманящим напитком. Они выпили его, чтобы хоть как-то забыться во всем этом кошмаре. Ника же лишь сделала вид, что пьет. В столь решающий момент ей хотелось сохранить голову ясной.
Их привязали к столбам-идолам. А потом опять начались бои. В этот раз они были более длительные, более жестокие и кровавые.
Нике было страшно, но она не жалела, что отказалась от дурмана. Пусть она не могла ни на что повлиять, но безвольной куклой стоять тоже не хотела. Она могла наблюдать, переживать, чувствовать. Она была живой... ещё пока живой...
Мысли бешеным хороводом кружились в голове. Но главное сейчас было одно. Ника очень хотела, чтобы Данияр победил и очень боялась, что он может пострадать в схватке. Она не отрываясь следила за ходом боя.
15.
Данияр сразу заметил, что Ника не была в одурманенном состоянии. Он видел, что она переживает за него, чувствовал ее поддержку. Встретившись взглядом он улыбнулся ей и подмигнул. Голубые глаза распахнулись от удивления и губы её тронула легкая улыбка. А ему было достаточно этой мимолётной улыбки, чтобы ощутить прилив сил, которые были так необходимы.
Бои ожидались трудными, как все и говорили. Соперники практически не уступали друг другу ни в силе, ни в ловкости и умении, ни в опыте ведения боя.
Данияру пришлось не легко. В самом начале он получил несколько ран, и они все больше и больше давали о себе знать. Но он должен был победить. И он победил. Сначала одного соперника, потом второго. С третьим было сложнее. Данияру никак не удавалось одержать над ним верх, а силы были уже на пределе. В один момент он пропустил удар, который чуть не выбил из него дух, и чудом увернулся от другого не менее убойного. Все вокруг затаили дыхание. Было понятно, что сейчас решиться, кто же станет победителем. И скорее всего это будет не Данияр. Он тоже понимал, что проигрывает, но в какой-то момент увидел, как Ника смотрела на него. В глазах девушки светилась надежда. Она верила в него и он не мог подвести.