5.
Когда Ника проснулась, голова все еще болела. Она выпила таблетку, которую оставил ей Данияр и поела.
- Может познакомимся? Меня зовут Вероника, можно Ника.
- Я Лена, – сказала девушка, с которой Ника общалась до того, как уснула.
- Я Кристина, – рыжеволосая девушка все так же сидела на полу, но уже не плакала.
- Алиса, – сказала третья.
- Как вы думаете, зачем мы здесь?
- Мы уже пытались выяснить.
- Ну и как?
- Как, как – никак, – ответила Елена. – Говорят: «Придет время все узнаете».
- А сбежать вы не пробовали? Мне кажется нас не слишком охраняют.
Говоря это Ника подошла к двери и выглянула в щелочку.
- Я не вижу ни одного охранника.
И словно в ответ на ее слова послышался волчий вой.
- Ой, волки, – воскликнула Алиса.
- Еще неизвестно, кого нам надо больше бояться, – людей или волков.
- Я в любом случае больше волков боюсь, – сказала Кристина.
Девчонки согласно закивали.
- Я так понимаю, что вы не хотите даже попробовать сбежать, – сказала Ника.
- Ну раз ты такая смелая, то сама и беги.
- Окей, завтра этим и займусь.
Ника завернула часть недоеденного хлеба, – пригодиться в дороге.
На улице уже стемнело и в щель ничего уже разглядеть было нельзя. Она оставила это занятие и вернулась к девчонкам. Сидеть в тишине не хотелось и Ника продолжила разговор.
- Как вы думаете, почему похитили именно нас? Может быть если мы выясним что у нас общего, нам что-то станет ясно?
Девушки посмотрели друг на друга. Нет, они были совершенно непохожи. Ну если только возраст. Все стали рассказывать про себя. И чем больше они узнавали друг о друге, тем больше понимали, что выбрали их совсем не случайно.
Во-первых возраст у них действительно был одинаковым. Всем им было около двадцати лет.
Во-вторых, у них совсем не было родных и все они воспитывались в детских домах.
В-третьих – у них не было близких друзей и подруг, парней и женихов. То есть их исчезновение никого не заставит волноваться, его просто никто не заметит.
И вот когда они это выяснили, то перепугались еще больше. В ужасе они смотрели друг на друга. Теперь стало ясно, что назад они уже не вернуться.
Девушки вновь стали плакать.
- Слезами тут не поможешь, – сказала Ника, – вы все еще не хотите бежать?
Они ничего ей не ответили.
- Ну и как хотите, – Ника подошла к двери и стала изучать замок. Потом она столь же тщательно изучила замок на окне.
- Видимо они не очень опасаются, что мы сбежим, – сказала она некоторое время спустя, – в детдоме я вскрывала и не такие замки. Мы сможем вылезти через окно.
- Ты что, не поняла, мы не побежим с тобой, мы не хотим, чтобы нас загрызли волки, – выкрикнула Елена.
- Да, беги одна. А если сумеешь добраться до людей, то пришлешь нам помощь.
Ника не понимала их настрой, но спорить не стала.
- Отлично, так и порешим.
Нужно было придумать план действий. Девушка расспросила как часто к ним приходят охранники, когда, по их мнению, в поселении больше всего людей на улице – ведь слышно же голоса. Получив необходимые сведения, она решила, что лучшее время побега после завтрака. Наибольшее движение ощущалось рано утром и после обеда.
Ника мысленно поблагодарила детдомовского физрука, который на занятиях выжимал из них все соки, особо не замудряясь и засталяя на каждом занятии наворачивать круги по стадиону. В итоге она не обладая большой физической силой бегала всё же неплохо и была весьма выносливой. И теперь рассчитывала пробежать довольно большое расстояние до того, как ее хватятся, тем более что девчонки обещали ее прикрыть.
Все решив, Ника легла спать. Девушки всё продолжали плакать.
- Удивительно, - подумала она, – а ведь я за все время так и не пролила ни одной слезинки.
На самом деле детдом сильно закалил её. Там нельзя было показывать свою слабость. И что она точно для себя поняла, это то, что слёзы не помогают. Нужно решать проблемы. Любым способом находить выход. Рисковать, возможно ошибаться, снова пробовать. Но никак не сидеть на месте и не плакать.