– Петренко, делаем таким образом, – спокойно распоряжался Монстр. – Ты на БМП двигаешься впереди, мы с Кроликом – по твоей колее, на КамАЗе. Фары включаем лишь после подъема, – он показал стволом автомата на высотку.
Так и сделали. За три отведенных ему минуты комсомольский вожак насобирал двойной комплект бронежилетов на четырех раненых комсомольцев и, с помощью водителя, устроил в кузове некое защитное сооружение.
– По местам! – скомандовал Михалкин.
Заревела БМП, Чалдон прогревал двигатель, немногочисленные бойцы умостились верхом на броню. С Кроликом снова случился конфуз – он хотел ехать в кабине грузовика, однако суровый Михалкин выгнал его, пинком направив вновь-таки в кузов, к раненым.
Десантники откровенно смеялись над Прогнимаком, высказывая вслух нелицеприятные эпитеты. Петренко было досадно, что коллега так ведет себя, выставляя себя на посмешище, но он ничего не сделал, дабы закрыть рты бойцам.
– Сам виноват! – решил он. – Не все люди одинаковы. Вот, например, Игорчук – пример для подчиненных и других замполитов, настоящий военспец! А этот – теленок!
– Вперед! – Начпо махнул рукой.
– Вперед! – продублировал Хантер, и мощная БМП-2Д рванула вверх.
КамАЗ неспешно тронулся следом. Фары, по понятным причинам, не включали – луна пребывала в зените, и на близком расстоянии дорога хорошо «читалась».
Александр ненадолго погрузился в воспоминания – вспомнилось, как в Киевском округе в их бригаду из Кандагара по замене прибыл командир десантно-штурмового батальона. Однажды во время учений он собрал молодых офицеров и, посадив их на БМД, показал класс ночного вождения по-афгански. Это был какой-то кошмар – бешеные гонки по пересеченной местности, без фар и приборов ночного вождения – правда, комбату тогда помогала полная луна.
По окончании «афганских» полигонных упражнений – молодые офицеры слезли с брони мокрые как хлющи и потом еще долго вспоминали комбата «незлым тихим словом». Как оказалось, урок, который мастерски преподал им командир батальона, не шел в никакое сравнение с тем, что пришлось претерпевать сейчас.
Узенький, протраленный и разбитый тяжелой техникой, проселок терялся во тьме, высокий угол подъема не позволял механику-водителю видеть свою колею. Ехать пришлось очень медленно, со скоростью два-три километра в час, а трехосный грузовик, ехавший позади, закапывался по мосты, и чуть ли не скатывался задом.
Вспомнив фильм «На войне как на войне», Александр спешился и вместе с Лосем пошел впереди машины. Чтобы механику-водителю было заметнее, Хантер поднял на уровень его глаз трофейную суперзажигалку и короткими вспышками подавал сигналы. Благодаря такой «бурлацкой» методике малая колонна двинулась быстрее.
Подъем почти сдался, когда из кишлака «на огонек» прилетела граната из РПГ. На излете она, описав дугу, взорвалась за бээмпэшкой. Очевидно, «духи», услышав грохот двигателей, поняли, что какая-то техника скребется на подъем, и решили на всяк случай напакостить.
Бойцы схватились за оружие, Зверобой намеревался ответить пушечным огнем, но Александр пресек самодеятельность. Наученный «духами» не хуже, чем в военном вузе, он пришел к правильному умозаключению – душманы стреляют не прицельно, не зная точно, где находятся шурави, поэтому ответная стрельба привела бы к обратному результату, разоблачив диспозицию. Колонна потихоньку вылезла на горку.
Не горя более желанием бежать впереди паровоза, как тот лейтенант-самоходчик в фильме, Хантер залез на БМП. Фары не включали и после подъема. На более-менее ровных участках ехать было несложно – луна позволяла. Вдруг на плато снова из сотни пушек огненными лепестками реактивных систем заговорила армейская артиллерийская группа, обстреливая укрепленные районы на горных хребтах вдоль государственной границы.
Стало намного светлее. Хотя эхо от выстрелов и забило звук дизелей, но видимость стала намного лучше. Вражеские «подарки» не заставили себя долго ждать – откуда-то с пакистанской территории на колонну полетели реактивные снаряды.
Стреляла передвижная реактивная установка. Небольшие по размеру, различные по количеству стволов (не больше десяти-двенадцати), они были очень мобильными, басмачи использовали их неожиданно, транспортируя на пикапах «Тойота» и даже тягловой скотиной. Снаряды взрывались то справа, то слева, сзади, спереди – артиллеристы с «духов» получились паршивые: они никак не могли нащупать бээмпэшку с грузовиком.
Отстреливаться и в сей раз не имело смысла – в темноте, на ходу, в незнакомой местности попасть в неблизкую РПУ было абсолютно нереально. С небольшой скоростью колонна продолжала двигаться, играя с моджахедами в «кошки-мышки».