Как долго длилось преследование, Хантер не считал – вдруг услышал голоса бээмпэшных двигателей. Оглянувшись, увидел четыре бронированных машины своей роты, приближавшиеся, развернувшись в линию, переваливаясь через полуразрушенные дувалы. Бортовое оружие лупило куда-то влево от «охотничьей команды».
На машине Зверобоя восседал… Тайфун. Когда он откололся от группы, старлей не заметил. Не было в группе и турана Шухраза, но откуда-то прибилось трое охранников… Вид у группы был чудной. Подскочили бээмпэшки, с машин соскочили майор Чабаненко и лейтенант Воронов.
– Всем земля! – приказал спешиться замполит. – Будем «чесать» развалины! Найдем «духов» и на ноль помножим!
– Опасно, – попробовал возразить взводный. – Вечереет, можем людей положить…
– А мне по херу! – перебил лейтенанта Петренко. – Найдем и уничтожим козлов! – Боевая злость овладела молодым офицером. – Делимся на пятерки! Веер! Расстояние между группами – тридцать метров! Пятерки идут «скорпионом»! Расстояние между машинами – пятьдесят метров! Огонь на поражение, без предупреждения! – возбужденно командовал он.
Десантники, возбужденно гомоня, распределялись по боевым пятеркам…
– Шекор-туран! – послышался голос с небольшим акцентом. – Не спеши, не спеши, не спеши!
Серпантины военной доли
Повернувшись, Александр увидел недавнего аманата – турана Шухраза, он притянул с собою свежий «приз». На плече капитана помимо автомата Чалдона висел китайский гранатомет РПГ-4, забрызганный свежей кровью. «Призом» оказался раненый гранатометчик, совсем юный бача-пуштун.
Его «нечистая» левая рука была разорвана гуцульской пулей, он потерял много крови, и болевой шок уже сделал свое грязное дело – «приз» был почти что не в себе, бледное лицо свидетельствовало – через несколько секунд он потеряет сознание.
– Бинтик! – крикнул Александр, увидев санинструктора. – Немедленно укол промедола козлику!
Прививка была осуществлена, раненый молча сидел у ног Хантера.
– Дай я с ним переговорю, – тихо промолвил Тайфун. – Он мне все-все расскажет…
– Давай, только по шустрику, – согласился старлей, закуривая последнюю сигарету, – вечереет. Тебе оставить? – обыденно спросил он земляка.
– Да, оставь, – согласился майор. – Я быстро.
Допрос проходил необычно – майор жестко задал вопрос на пушту. Пленный ответил длинной фразой, из которой Хантер понял – засаду устроил Сайфуль, причем заранее, еще до начала переговоров, прекрасно зная, что этим путем будут возвращаться Худайбердыев и Шекор-туран. Без антракта наступила вторая серия – майор спросил что-то у бачи и, набросив на шею большой носовой платок, начал… душить.
Делал он это живописно и почти профессионально – упорно, с пуштунскими матюгами и почти что с настоящей злобой. «Приз» посинел, изо рта баклажаном вывалился почерневший язык… В конце концов сквозь хрипы он что-то прошептал.
– Вот это совсем другое дело! – обрадовался спецпропагандист. – Его подельники спрятались в кяризе неподалеку, бача приведет нас туда, – он показал на кашляющего «языка». – Не следует прочесывать весь кишлак!
– Так они же, наверное, давно уже слиняли? – выказал сомнение Хантер. – Что нам даст та дырка земляная?
– В этом и весь цимус, как говорят в Одессе, – улыбнулся майор. – Кяриз непроходной, тупиковый! Понял?
– Это есть хорошо! Борс, – Хантер оторвал пленного от земли, – веди нас туда! – приказал он, согнув того пополам сильным ударом ноги.
Свою броню старлей оставил на месте, приказав Бинтику оказать полковнику Худайбердыеву медпомощь, а Воронову – вызвать на площадь посреди кишлака вертолет для эвакуации погибших и раненых. Пленник, понурив голову, повел врагов разбитыми дворами. Три БМП, грохоча дизелями, преодолевали бездорожье, вздымаясь на руинах дувалов, подобно кораблям на океанских штормовых волнах.
В скором времени десантники отыскали необходимое: посреди одного из дворов нашлась небольшая – полтора метры в диаметре – яма. Присмотревшись, Хантер узнал место – тут недавно он точил лясы с внуком басмача…
И хотя во дворе и вокруг дырки не нашлось ни единого отпечатка обуви, охотник и следопыт с детства, Александр, тщательно приглядевшись, сообразил – следы умело заметены веткой, очевидно заранее приготовленной моджахедами.
– Что собираешься делат, туран? – спросил Шухраз. – Саватся туда я бы ни саветоваль…
– Что-то придумаем… – пообещал Хантер, сам доподлинно не зная – что именно.