– Хорошо, – согласился Петренко. – Передадим по описи, а там – хоть волк траву ешь!
– Хантер! – приблизился Ерофеев. – Мы обязаны спуститься в кяриз, обследовать на предмет оружия и другого военного снаряжения.
– Как ты это собираешься сделаешь? – спросил десантник. – Может, там кто-то остался?
– Добавим еще граммов сто хлор-пикринчика, – улыбнулся сапер. – Обуем на морды противогазы – и вперед!
– Тогда с Богом! – благословил Хантер. – Может, с тобой спуститься? – вдруг спросил он.
– Сочту за честь, – серьезно согласился «крот». Очевидно присутствие опытного воина, уже побывавшего в местных подземных пещерах, прибавляла ему и его подчиненным уверенности и ощущение определенной защищенности.
– Коктейль Молотова! – с укором сказал Чабаненко. – Неужто мало тебе было приключений?
– Ты забыл, Николаевич, – закинул земляку в свою очередь Хантер. – Как я вас с Худайбердыевым предупреждал после Сапамхейля? Не послушали меня?
– Не заводись! – успокоил его Тайфун. – Собрался под землю, в царство смерти – так лезь…
Подготовка к спелеологическим упражнениям не заняла много времени. Вместе с гранатой взорвался в подземелье еще один, меньший по размерам, контрольный пузырек, вторично отверстие задернули грязным брезентом. Уже совсем смерклось, однако никто никуда не спешил – в разбитом кишлаке Асава пребывала огромная масса войск. Проверив, работает ли в чужом противогазе перепускной клапан, Хантер поплевал на очки маски. Так он всегда делал с другой маской – для подводного плавания, дабы стекло не запотевало.
Сняв каску и бронежилет, он натянул противогаз, в левую руку взяв револьвер, в правую – фонарик, предложенный Ерофечем. Сам саперный старлей, вооруженный «окурком», тоже в противогазе, собирался погрузиться в кяриз вслед за Хантером.
Два сапера – в бронежилетах, касках и противогазах, с автоматами за спиной, с лопатками на ремнях, приготовились к спуску. У одного в руках, кроме фонаря, был саперный щуп, второй держал миноискатель. Перед тем как бойцы натянули на себя намордники, Хантер рассмотрел их физиономии – хотя они выглядели встревоженными, солдаты все же были довольны, что первыми под землю ныряют отцы-командиры.
Сам Хантер наоборот, не чувствовал никакого негатива: страха или предчувствия опасности, какое-то молодецкое чувство отчаянности и боевого куража подстегивало его.
– Снимай простыню! – заорал он сквозь мембрану противогаза.
Лицо моментально увлажнилось, пот заливал глаза – противогазы не приспособлены для боевого применения в условиях сухого и жаркого климата (равно, как и холодного).
Солдаты быстро оттащили брезент. Выждав минуту, старлей приблизился к отверстию, подсветил фонарем, но ничего там не увидел. Не стыдясь, офицер трижды перекрестился и прыгнул вниз…
На этот раз приземление вышло довольно жестким – левая нога влетела в воронку от гранаты, а правая попала на что-то твердое, под ней что-то хрустнуло, она съехала в бок, боль стрельнула в колено. Хантер перекатился в полузасохшей грязи, и осветил бандитское подполье.
Кяриз мало походил на тот, где недавно пришлось блуждать старлею – покоцанные осколками стены были выдолблены в какой-то породе, похожей на сланец, воды под ногами не было, вместо нее чавкала непонятная грязь, и вообще, сие несуразное творение рук человеческих не поразило на этот раз – то ли эффект новизны отсутствовал, или подземелье выдолбили здешние халтурщики…
Душманы не спешили появляться перед глазами – луч света осветил окрестности, вокруг – ни души, но Хантер удовлетворенно похвалил сам себя – в углу каморы валялась сломанная ветвь чинары, напрочь иссеченная осколками гранат. Решив разобраться – на что же он попал ногой, когда прыгал, Александр посветил под ноги и не очень-то и удивился – возле стенки, в грязи валялась затоптанная многими ногами голова бачи, отрезанная пуштунским палачом-умельцем.
– Таможня дает добро! – луч направился вверх. – Прыгайте, осторожно! – И он оттолкнул ногой башку неудачника.
Прыжок старшего сапера завершился успешно. Солдаты попадали тоже без проблем. Осматривая подземное убежище «мирных дехкан», саперы предполагали наличие определенных сюрпризов. Их прогнозы оправдались – коридор петлял резко вправо (вот почему гранаты не смогли взять «духов»), сразу же за поворотом нашлась грубо сработанная растяжка с китайской «фенькой».
– Начало их штормить от газа! – прозвучал под сводами измененный мембраной голос Ерофеича. – Вот и выставили кое-как!