В итоге, продолжая пинаться — все остальное мне было недоступно, — махать ногами и раскатисто рычать, я вновь утянула нас под воду. Жидкость хлынула в горло, заставив поперхнуться. Но Андрей уже вновь волок меня «к свету», не позволяя захлебнуться.
Конвульсивно фыркая и откашливаясь, удерживая голову над поверхностью накатывающих волн, я собиралась с силами, чтобы заорать на него уже по-человечески, когда… грянул гром. В буквальном смысле! Резко потемневшее небо прорезала ветвистая молния, и следом тут же раздался грохот. А через секунду сверху обрушилась лавина воды. Шквал острых и холодных потоков сильнейшего ливня.
Дождь отчаянно хлестал тугими струями, колол иглами разбрызгиваемых ветром капель, оглушал и ослеплял. Стихия теперь бушевала не только у меня в душе, но и вокруг! И только благодаря поддержке сильных мужских рук меня вновь не накрыло волнами, не закрутило в большущих пузырях воды, что начали появляться, когда по поверхности озера забарабанил дождь.
Этот дождь покорял своей внезапностью, силой и напором. Он был так созвучен смятению в моей душе… И скоротечен и порывист, как мои вспыхнувшие от гнева эмоции. Летний ливень закончился так же стремительно, как и начался, уняв и бурю внутри меня. Глубоко вздохнув, я уже спокойно оттолкнула мужчину и распласталась на поверхности воды, позволяя редким теперь каплям массажировать тело. Андрей, мощно загребая руками, держался рядом. Но словно почуял, что я успокоилась, и позволил отдалиться.
Зажмурившись, вслушивалась в острые уколы капель, что жалили лицо, возвращая мне ясность мыслей.
«Откажусь! — вдруг пришла ясная и простая мысль. — И ничего он с этим не сделает!»
И нырнула, уже осознанно погружаясь в тепло воды, позволяя телу распрямившейся пружиной устремиться вперед, выплескивая избыток энергии. Я чувствовала, что Андрей плывет рядом. Но сейчас мне это было безразлично. Важнее было сосредоточиться на себе, поймать этот миг душевного равновесия и раствориться в нем. Под водой провела столько времени, сколько смогла.
Вынырнув, судорожно вдохнула, наполняя легкие воздухом, и оглянулась. Лодка качалась на воде метрах в ста от нас. Андрей все так же держался рядом со мной и спокойно молчал.
«Отлично! Это можно делать вдвоем».
И я, тоже молча, поплыла к лодке.
Цели мы достигли быстро. Забравшись внутрь, слегка растерлись руками, позволяя ветерку избавить наши тела от капель воды.
— И, кстати, до течки совсем немного, — словно и не было моего прыжка, спокойно произнес Андрей. — Сегодня же переберешься в мою палатку, я там один. После сегодняшней прогулки никто не удивится.
«И не подумаю!»
Я продолжала молчать, выжимая воду из промокших насквозь шорт и топа, что оставались лежать в лодке.
Белый, прищурившись, окинул меня заинтересованным взглядом и взялся за весла, несколькими гребками разворачивая лодку в направлении нужного берега. Те двадцать минут, что понадобились, чтобы добраться до него, между нами стояла напряженная тишина. И я не представляла, чем можно ее прервать, когда…
Стоило днищу лодки царапнуть прибрежный песок, как Добровольский спрыгнул в воду, парой движений вытягивая лодку на берег. Я уже открыла рот, чтобы сообщить о категоричном отказе потворствовать его чудовищным планам, когда к нам подбежали трое моих сокурсников. И в их числе Светлана, в той самой куртке, что Илья предлагал мне.
— Лена, вау! Как вас там дождем накрыло! Мы волновались!
— Все не так страшно, — отмахнулась я, — выглядело страшнее, чем ощущалось. Нам ничего не угрожало.
— Зато нам угрожало! — лихорадочно затараторила Света. — Только представь: и получаса не прошло, как ты со спасателем уплыла на рыбалку, а на меня почти напало дикое животное! Росомаха! Такого страху натерпелась!.. Все же хорошо, что с нами тут эмчеэсники.
Я споткнулась на ровном месте, услышав такую новость. Росомаха?!
— И вроде дикий хищник, — не заметив моего изумления, рассказывала Света, — а до того умный! Вот не поверишь — не глупее меня. Специально притаился, выжидая момент, когда я отойду к самой опушке леса. Как же хорошо, что спасатели с нами! И ведь чем именно я этому зверю не понравилась? Больше ни на кого не кинулся. А какой храбрый тот спасатель, который над тобой подшучивал. Ну, Андрей! И сильный. И быстрый. Едва ли не голыми руками зверя перехватил, шустро так наперерез ему кинулся. А я даже не заметила, что мужчина рядом был.
— А где напала? — мгновенно выкинув из головы все несвоевременные переживания, сосредоточилась я на ситуации. И в тот же миг решила, что, может, жить в одной палатке с Добровольским не так уж и плохо. Безопаснее — так точно. И ну ее, эту категоричность и непримиримость… пока.