И перешла на шепот, что-то тихо бормоча. Весь ее пыл, горячность, истерика схлынули, заставив женщину бессильно опуститься на траву. Словно достигнутая цель выбила опору у нее из-под ее ног, лишив заодно и жизненной энергии.
— Законной наследницей становится Елена Волконская! Свое право она доказала в бою, — спокойно продолжил медведь. — Волчьи кланы должны подчиниться потомку изначальной семьи. Ее претензии обоснованы и подтверждены хранителями!
И даже Дамир Добровольский ничего не возразил, поскольку по всем волчьим законам юная бурая совершила чудо и действительно стала королевой.
— Мы хотели бы заручиться подтверждением хранителей и в вопросе поддерживающей королеву силы. Ею станет стая черных волков! — вмешался альфа черной стаи.
— Не преждевременно ли это? — усмехнулся Томаш. — Королева уже доказала, что может иметь мнение, отличное от позиции своих… сторонников. Предлагаю спросить Елену. Перевоплощайтесь!
Последнее относилось уже к недавним соперникам по полю боя. Андрею требовалось оказать первую помощь. А Лене — выступить уже в новом качестве.
Глава 24
Елена. Сумасшествие!
Чтобы осознать собственные эмоции, мне не хватало фантазии. Это невероятно странный опыт, когда твое сознание и твое тело существуют как бы отдельно друг от друга. Я все чувствовала, делала, понимала, но в то же время это была не я.
Не я знала, как напасть. Не я ловко и виртуозно рассчитала этот бросок. Не я его осуществила. И в то же время — я. Бурая была в ступоре, не понимая, что сотворила, — напала на своего альфу. Я — растеряна и потрясена. Подобный поворот событий стал полной неожиданностью. Страшной неожиданностью! Я так близко ощутила смерть. Ту самую, к которой стремилась. Ту что могла забрать Андрея, сойдись он в схватке с черным волком.
И сейчас с огромным облегчением осознавала лишь одно: мы живы! Оба. И от такого итога я была счастлива.
О чем-то другом не задумывалась, никакие статусы и права меня не волновали. Пришло абсолютное понимание одного — я хочу жить. Прожить свою жизнь до конца. Какой бы она ни была, какие бы муки и трудности ни сулила. Но я хочу жить! И хочу, чтобы жил он.
Ради этого прощу все, даже такое вероломное и наглое использование силы альфы. Тем более что через свою привязку к нему ощущала — белый сейчас скорее ломает комедию, чем борется за жизнь.
И все еще слегка сдерживает мое сознание своим незримым присутствием. И это тоже подтверждало, что до трупа Добровольскому далеко.
Еще одним сюрпризом стал разорвавший тишину на поляне звук… приближающегося вертолета! Откуда он здесь?!
И тут же, стоило человеческой половине сознания идентифицировать привлекший всеобщее внимание шум, случились сразу две вещи. Мое тело, послушное чужой воле — как и тело моего альфы — заискрилось, преображаясь в человеческое. А прямо над нами, совсем низко, поднимая дикий ветер работающими винтами, завис вертолет. Из его открытой с одной стороны кабинки прямо к моим ногам шлепнулась длинная веревочная лестница.
— Когда же я уже отлежусь?.. — Горестный стон Андрея, и бледный и шатающийся — и совершенно голый! — альфа предстал перед моими глазами. Одной рукой ухватив канат лестницы, второй поманил к себе меня, одновременно рыкнув через плечо медведю: — Томаш, рубашку пожертвуй даме!
Тут же на плечи мне, ошарашенной происходящим, опустилась мягкая фланелевая ткань. Машинально запахнув ее, шагнула к любимому.
— А-а?..
Что вообще происходит, спросить не успела.
— Все потом! — оборвал белый, грозно прищурившись. — Хоть ты меня пожалей: кровью истекаю и болит все адски. А сейчас — драпаем!
И, совсем не деликатно толкнув меня, заставил карабкаться вверх, следуя по пятам. Стоило нам, нелепо балансируя и стремительно сокращая расстояние до вертолета, оказаться внутри, как над поляной разнесся вопль, перекрывший даже шум винтов. И гарантированно услышанный оборотнями.
— Это похищение! Молодожены отправляются в отложенное свадебное путешествие! И их лучше не беспокоить — глотки рвать теперь оба горазды!
Макс! Его голос. И именно он сидит за штурвалом. Обалдеть!
— Стойте! — завопила мама.
— Так нельзя! — яростно взвыл мой несостоявшийся представитель.
— А как же… — Что там крикнул Дамир, я уже не разобрала. К невыразимому облегчению, мы покидали территорию медведей. Вдвоем! И почти живыми. Это ли не счастье?
— В обморок падать будешь? — серьезно спросила я Андрея.
— Не дождетесь, — с видимым трудом присаживаясь на сиденье и обессиленно откидывая на подголовник голову, шепнул белый. — Аптечку передай, она справа от тебя.