Хорошо хоть оборотень додумался сразу надеть майку и не соблазнять меня разгоряченным мужским телом. Все же я надеялась, что он будет последним, кто узнает о моей глупой влюбленности, а потому старательно делала вид, будто его сексапильная внешность меня ни капельки не привлекает.
— Напомни, когда ты в последний раз был в настроении? — озадачилась, копируя его напряжённую позу.
— Ты знаешь когда. Все знают, — процедил сквозь зубы он.
— Ну-ну... Пока здесь жалеешь себя, парни там на празднике разберут всех нормальных девчонок!
— Всех не разберут, — отмахнулся он, демонстрируя, что тема поиска новой невесты его нисколечко не интересует, а мое сердце застучало чаще. Неужели он сейчас скажет, что это неважно, потому что я уже здесь. Однако, дав надежду, Эрдан тут же разочаровал: — Наверняка найдется парочка таких же неугомонных, как ты, которые попросту сбежали от всеобщего веселья.
— Я не сбегала, — поспешила возразить, доставая из рюкзака термос с широким горлом, в котором и ждала своего звёздного часа похлёбка. — Пришла, чтобы принести счастье во имя Луны и всякое такое далее по тексту священного волчьего писания.
— Жреца на тебя нет!
— Эй, вообще-то, у меня дома есть личный жрец! Или ты забыл, кто мой отец?
— Иногда мне кажется, что это он забыл, что у него есть дочь, — покачал головой Эрдан.
— Все потому что он хотел сына. Ты же знаешь, я справлялась с мальчиковыми обязанностями как могла, пока не появилось вот это! — скинув теплую куртку, гордо указала на свою грудь, и друг невольно тоже запнулся об нее взглядом.
— И как так вышло, что мой лучший друг — девушка-а-а? — простонал он, заставляя меня задерживать дыхание, чтобы не выдать чрезмерное возбуждение от его присутствия.
— Вероятно, ты плохо разбирался в оборотнях с самого детства, — съязвила, тонко намекая на его неверную невесту.
— Покажи мне хоть одного мальчишку, который догадается, что девочку могут звать Пашей, — фыркнул Эрдан, пропустив мой подкол мимо ушей.
Да и к лучшему! Зачем постоянно наступать на больную мозоль и напоминать ему о бывшей, когда тут рядом есть невероятно привлекательная и очаровательная я?
— Ладно, спишем все на твое невезение, — милостиво согласилась, усаживаясь за импровизированный стол.
Благо Эрдан давно уже обустроил подвал всем необходимым, поэтому мне не пришлось бежать за столовыми приборами наверх.
Ароматы отварного мяса и специй пробуждали зверский аппетит, поэтому похлёбка была уничтожена нашими совместными усилиями в кратчайшие сроки. Друг наконец-то стал выглядеть почти прежним, по крайней мере, более расслабленным точно.
Пододвинула табуретку поближе к нему, облокотилась логином на стол и заглянула прямо во льдисто-голубые глаза.
— Эрда-а-ан, — томно протянула, убирая темный локон с его лба. — А пойдем, покатаемся с горки?
— Тьфу ты, Паша! — отпрянул он. — Никогда так больше не делай. И вообще, я устал, собирался лечь спать.
— В половине второго дня?! — негодующие воскликнула.
— Ну да. Послеобеденный сон. Не вижу ничего зазорного в том, чтобы отдохнуть, тем более сегодня выходной.
— Ладно, уговорил, — сверкнула белозубой улыбкой, обнажая острые клыки. — Я иду с тобой.
— При всем уважении, Паулина, тебе нечего делать в моей постели, — напрягся Эрдан, глядя на меня так, будто я враг всех оборотней во плоти.
— Тогда выбирай. Либо мы идём на поляну и веселимся, либо вместе отправляемся спать.
Друг нервно сглотнул и заявил:
— Твоя шутка зашла слишком далеко, забирай куртку и иди развлекайся дальше. Я оценил, что ты принесла обед. Честно.
С этими словами Эрдан подхватил меня словно щепку и потащил к выходу из подвала, попутно выцепая из угла верхнюю одежду.
— Я без тебя никуда не уйду. И это не шутка, — как только друг поставил меня на пол, скрестила руки, чтобы препятствовать принудительному одеванию.
— Паша, у меня нет сил, — наигранно заныл Эрдан, обиженно выпячивая губы.
Ох, знал бы он, что я хотела бы сделать с этими губами. Удержаться и не поцеловать его стоило неимоверных усилий. Даже не представляю, каким чудом я справилась с эмоциональным порывом.
Сейчас по плану у меня шла воодушевляющая, даже скорее отрезвляющая речь, поэтому зажмурилась, чтобы не видеть собеседника, и протараторила на одном дыхании: