— Да успокойтесь вы! — не скрывая раздражения, сказал Даниил. — Ничего не случилось с вашей Веркой! Что с ней будет! Брат, возьми себя в руки, тебе это не к лицу.
Рида опалила Даниила взглядом, но промолчала.
Янис поднес было стакан к губам, чтобы выпить, но вместо этого швырнул его на стол, расплескав спиртное.
— Мне не к лицу — что? Переживания? А что мне к лицу? Делать вид, что мне на все насрать?
— Я не то хотел сказать, — смутился брат. — Я за тебя переживаю...
Оставив его слова без ответа, Янис ушел.
Глава 28
Выйдя из ресторана, Майер вновь сел в машину и приказал ехать к Евдокии Степановне. В эти дни он часто бывал у нее, решил навестить и сегодня. Так ему было легче переносить одиночество. Беседуя, они не всегда упоминали Веру словесно, но она подразумевалась во всех их разговорах.
Майер верил, что Евдокия Степановна, как и он сам, понятия не имеет, куда запропастилась ее внучка, но все же наблюдение за ней приставил. На случай если Вера вдруг вздумает появиться у бабушки. Бабуля, зная наперечет все машины жильцов дома, сразу смекнула, что синяя «тойота» у подъезда стоит по ее душу. Быстро наладив контакт с водителем, она принялась вовсю его эксплуатировать. Впрочем, у него не было задачи скрывать свое присутствие, он должен был лишь приглядывать за ней и отчитываться.
Подъехав к дому, Янис увидел, как бабуля вручает пареньку из «тойоты» термос с чаем и кулек с пирожками. Майер отослал его, сказав, что его услуги больше не потребуются, и они с Евдокией Степановной поднялись в квартиру.
— Про Веру есть новости? — первым делом спросила она.
— Пока нет, — скупо ответил Янис.
Его жутко выводила из себя полнейшая неизвестность. Он ни на минуту не переставал думать, куда делась Вера и кто ей в этом помог. Ясно одно: она не смогла бы провернуть это в одиночку. Чтобы куда-то уехать или где-то скрываться, нужны деньги, и немаленькие. Но со своих счетов Вера не сняла ни копейки, а случай с заблокированными карточками показывал, что у нее не было привычки хранить дома большую наличность.
— Рассольник будешь? — тихо спросила бабуля. — Только сварила, еще не остыл.
Поначалу ее удрученный вид Майер связал с отсутствием новостей о Вере. Она совсем с ним не разговаривала, примолкнув и о чем-то горестно задумавшись.
— Буду. Я сегодня не обедал и, можно сказать, не завтракал, только кофе попил утром.
— Нервы или некогда было?
— И то, и другое.
— Ты это брось, — поругала она, ставя перед ним тарелку с супом.
Майер с аппетитом приступил к еде. И старухины наставления, и ее наваристые супы напоминали ему детство, то счастливое время, когда они с Даней тоже жили у бабушки. Она как могла пыталась компенсировать отсутствие отца и матери, а они этим беспощадно пользовались. Жаль, что рано их покинула, он бы о многом сейчас хотел ее расспросить.
— Сынок, я тебя чем-то расстроила? Или как-то перед тобой провинилась? — вдруг спросила Евдокия Степановна. — Ладно Верка, а я-то в чем виновата?
— Нет. Почему ты так решила? — удивленно отозвался Янис.
— А чего ты тогда машину отослал?
— Чтоб тебе не докучали. Не беспокоили.
— Да никто мне не докучает! — энергично возразила она. — Я уж и привыкла к нему, он меня обещал завтра на рынок свозить.
— Вот оно что, — рассмеялся Янис.
— Ну! Все равно ж следит за мной. Вместе приехали — вместе уехали. И мне удобно, и ему меньше забот. Неужто у тебя других водителей нет? Мне еще шторы все снять надо для стирки. Потолки вон какие высокие, куда ж я полезу, голова как закружится... Раньше мне Вера помогала, а теперь кто поможет... Я ж беспомощная совсем... Свет-Владимирович, верни мальчишку, а?
Янис глубоко сомневался в ее беспомощности, но все равно не смог отказать:
— Ладно. Считай, он теперь в твоем полном распоряжении, раз тебе так сильно надо.
— Спасибо, сынок! Давай я тебе коньячка налью. А то сидишь с таким видом, будто схоронил кого.
— Лучше водки, — попросил Майер, вспомнив про ее запасы маринованных огурцов.
Степановна засуетилась, доставая водку и огурцы. У нее будто гора с плеч свалилась. Вся округа уже знала, что у нее новый зять и он ее, дескать, так любит и уважает, что охрану приставил. Она Акимовну обещала на рынок свозить, а он вдруг машину отозвал.
— Ты, я смотрю, не переживаешь совсем, — заметил Янис.
— Старая я уже за сердечные дела переживать. Вы с этим сами разбирайтесь. Ты же не собираешься разводиться? — вдруг забеспокоилась она. — Любит тебя Верка, любит. Подумаешь, уехала на пару дней...