Он сжал челюсти, так что желваки заходили, и несколько секунд смотрел в сторону, явно о чем-то раздумывая.
— Хорошо. Сколько?
— Что — сколько? — Вера глянула на него с удивлением.
— Я не буду ни на чем настаивать. Я даже звонить тебе не буду. Сколько тебе нужно время?
— Удивительно.
— Вера, сколько? — нетерпеливо спросил.
— Я не знаю, — чуть улыбнулась она. — Позвоню. И не спрашивай когда. Когда захочу. Позвоню — и ты отложишь свои дела, если захочешь меня увидеть. Если нет — не говори, что я тебе не звонила.
Еще раньше, чем Янис сделал то, что задумал, Вера поняла все по взгляду и попыталась улизнуть. Она встала с дивана, надеясь, что сумеет избежать контакта с ним, но ей не удалось. Он обхватил ее за талию и притиснул к себе.
— Я не могу отпустить тебя просто так.
— Майер, не трогай меня, — сказала Вера дрожащим голосом, пытаясь усилием воли подавить накатившие на нее эмоции. Едва Майер прикоснулся к ней, она ощутила пульсацию губ и легкое покалывание во всем теле.
Боже, а он всего лишь обнял ее...
— Мне же нужно что-то... откуда я буду черпать свое терпение. Я и так тебе уступил. Причем без всяких гарантий.
— Пусти.
— Не могу, — честно ответил Майер и повернул ее лицо так, чтобы поцеловать в губы.
Она была прижата к нему, и колыхание ее груди от частого дыхания вызвало невыносимое напряжение в паху. Он чувствовал запах ее духов, сладко-острый, и уже не мог себя окоротить. Слишком хотел ее, чтобы отказаться от возможности прикоснуться. Никто в здравом уме не лишит себя такого удовольствия, а в их близости никогда не было ничего рассудочного. Только инстинкты. Ее губы были мягкие и теплые. Этот поцелуй сразу же заставил его хотеть большего. Возбужденный ее вкусом, смешанным со вкусом помады и вина, он поцеловал ее снова и двинулся вместе с ней. Прижал к стене, лишив малейшей возможности сопротивляться. Но им пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание.
Вера ненавидела себя за собственную слабость. Ненавидела за то, что не могла справиться с собой и легко поддавалась ему: не оттолкнула — когда он обнял, ответила — когда поцеловал. Страсть, опалив губы и язык, сладко и тягуче растеклась по венам. Они снова стали целоваться, бесчисленное количество раз быстро касаясь друг друга губами... Но внезапно Вера поняла, что он ее отпустил. Вернее, не отпустил, а чуть ослабил объятия, перестав целовать. Оказывается, в дверь постучали, а она и не слышала.
Янис сделал глубокий вздох. Снова раздался стук, и он, оставив ее, пошел к двери. Вера не разобрала, кто и зачем их потревожил. Не слышала, о чем он переговаривался. Сердце бешено колотилось. Глянув на одну из зеркальных вставок в противоположной стене, она поправила на себе одежду. Янис даже умудрился расстегнуть на ней блузку. Если б им не помешали, они бы не остановились. Она это понимала, да и Майер наверняка понимал. Целую вечность она пребывала в растерянности, ощущая только свое тело, которое панически вопило продолжении.
— Не так уж и фальшиво все, да? А что именно тебе казалось фальшивым? Мои прикосновения или то, что ты чувствуешь, когда я тебя трогаю? Вера выдохнула и, подняв на него взгляд, сунула руки в карманы брюк.
— А, так ты про это? Я думала про другое... — чуть наклонила голову, — в физическом аспекте нашего общения можешь не сомневаться. Тут все правдиво. Я просто думала... хотя какая разница? — усмехнулась, пытаясь показать этой усмешкой, что другого от него и не ожидала: его интересует только секс — и на чувства он не способен.
— Вера, не зли меня.
— Знаешь, мне кажется, тебе это нравится.
— Что именно?
— Мое сопротивление. Факт, что ты ни одну бабу так долго не уговаривал. Столько усилий всего лишь ради секса...
— Но я никогда никого так не хотел, чтобы переживать из-за отказа.
— Угу, — кивнула Вера, — и как только я уступлю, ты забудешь мое имя.
— Давай проверим?
Рассмеявшись, она молча покачала головой.
— Всего лишь секс... ты всего лишь хотела изменить мужу... и просто переспать с кем-то другим... просто... Если все так просто, почему сейчас ты все усложняешь? Я чего-то не знаю? — Его серые глаза смотрели со сверлящим напором.
— Я позвоню тебе. Только не спрашивай когда. Мне пора. Ты обещал, что меня отвезут.
— Давай ключи от машины.
Надев пальто, Майер вызвал водителя. Они спустилась вниз, и, после того, как Вера оделась, он проводил ее к машине. Уезжая, она не попрощалась — не хотелось говорить. Ей невероятно тяжело далась эта встреча: еще никогда она не находилась в таком разладе с собой. Янис вроде бы тоже все сказал. Вера прекрасно понимала, что брак ему не помеха, но этот фарс был ей жизненно необходим, чтобы хоть немного от него отстраниться. Нужна стена, которая хоть на какое-то время отгородит ее от него.