— Ваши документы?
Девушки продемонстрировали водительские удостоверения, студенческие пропуска. Дежурный сверил информацию, сделал копии.
— Ждите, — произнес он. Окошко захлопнулось с характерным щелчком. Девушкам ничего не оставалось, кроме как вернуться на места для посетителей.
Спустя несколько томительных минут к ним вышел мужчина. Вот только он совсем не походил на инспектора Брауна. Высокий брюнет с аккуратно уложенными волосами, гладко выбритым лицом, пытливыми глазами, — он выглядел слишком ухоженно для работника полиции. Таким место на подиуме или обложке журнала. Тина восторженно выдохнула и вцепилась в руку подруги, когда незнакомец приблизился к ним.
— Мисс Эмерсон, мисс Адамс. Полагаю, вы ко мне. Позвольте представиться: инспектор Джерри Найтмен, — мужчина протянул руку и вежливо кивнул девушкам в знак приветствия. — Давайте пройдем в мой кабинет.
— Разве этим делом занимается не мистер Браун? — Мия недоверчиво прищурилась. Она не пожала ладонь Джерри, чем поставила того в неловкое положение.
— Занимался. Дело передали мне, – идеально ровная бровь инспектора поползла вверх, а уголки губ изогнулись в надменной улыбке. — Если это всё, что вас интересует, прошу следовать за мной.
Кабинет Найтмена располагался на втором этаже. Здесь оказалось довольно уютно. Темно-зеленые стены, искусственный цветок на подоконнике, пара удобных кресел, шкаф с огромным количеством папок и документов. В центре кабинета стоял письменный стол. Расстановка канцелярских принадлежностей на нем выдавала педантичную натуру инспектора.
— Итак, вы заявили, что обладаете какой-то информацией относительно смерти мисс Абрахам. Я — весь внимание.
Тина достала телефон, включила видео, передала аппарат Найтмену.
— Откуда это у вас?
— Разве это важно? – Адамс вспыхнула, словно спичка. Её терпение подошло к своему логическому концу. – Тут буквально признаются в убийстве! А вас интересует только то, где мы взяли запись? Серьезно?! У нас друг пропал! И это наверняка их вина! — девушка ткнула пальцем в изображение платиновой блондинки, застывшее на экране телефона.
— Любая деталь имеет значение. Расскажите мне всё до мельчайшей подробности, — мужчина сел за стол, достал небольшой диктофон и выжидающе поднял глаза.
Рассказывала Мия. В отличие от подруги, ей легче удавалось сохранять самообладание. Тина вставляла редкие комментарии, если подруга что-то упускала.
— Вы определенно дали мне информацию для размышления, — Найтмен нахмурился, покачал головой. – Видео-запись является серьёзной уликой. Я сохраню её себе, с вашего устройства её придется удалить. Есть какие-то копии?
— Нет, — не задумываясь ответила Мия.
Она не стала уточнять про виртуальное облако. Инспектор сохранил запись себе, этого должно быть вполне достаточно. А вот Тина замялась. Девушка опустила глаза, начала нерешительно жевать губы. Но не возразила словам подруги.
Джерри заметил её нерешительность. Он проделал в телефоне манипуляции по удалению видео, отдал устройство Адамс.
— Осталось уточнить несколько дежурных вопросов, — инспектор взял со стола листы бумаги. Мия без труда узнала те самые бланки, которые они заполняли чуть ранее. Джерри пробежал глазами по строкам. — Вы живете в одной комнате?
— Да.
— С вами проживает кто-то ещё?
Тина нетерпеливо фыркнула. Её восхищение внешностью инспектора всё больше сходило на «нет».
— Нет, только мы. Это важно?
Мужчина перевел взгляд на Адамс, обнажив в улыбке ровные зубы.
— Что ж, вроде, всё в порядке. Можете идти. Пропажей вашего друга я займусь незамедлительно. Возможно, в скором времени вызову вас в качестве свидетелей. Поэтому, пожалуйста, не покидайте пределы города.
***
Глубокой ночью одинокий мужчина остановился в самой сердцевине старого парка. Излюбленное место встречи с его работодателем пока пустовало. Человек взглянул на часы. В запасе оставалось еще около десяти минут. Мужчина поправил полы дорогого пиджака, провел пальцами по сиденью скамьи, брезгливо смахнул с ладони пыль и только тогда позволил себе присесть. Скрашивая ожидание, он безучастно рассматривал блики луны, отражающиеся на поверхности небольшого озера. В этом районе заброшенного парка даже в дневное время царили тишина и умиротворение, а по ночам время, казалось, и вовсе замирало.
Через несколько минут за его спиной раздался шорох. Случайный человек принял бы этот звук за дуновение ветра или шелест листвы, но мужчина хорошо изучил своего собеседника, и не перепутал бы его приближение ни с чем другим. Он с трудом скрывал своё нетерпение, ведь сведения, которыми он собирался поделиться, стоили куда больше обычного.