Крикс нахмурился.
- Валлариксу бы следовало написать вам.
- Наверное. Но не забывайте, что в то время он считал, что это я втравила Амариллис в эту историю.
Крикс на мгновение закрыл глаза и прижал пальцы к вискам, пытаясь собрать в кучу разбегавшиеся мысли, но это не слишком помогло. Снова открыв глаза, он обнаружил, что Галатея смотрит на него с сочувствием.
- Я вас расстроила, мессер?
Меченый потер лоб.
- Даже не знаю... Может быть, мне следует порадоваться, что моим отцом не оказался какой-то придворный хлыщ, который смылся бы на Острова, едва поняв, что он наделал. Кем бы ни был этот Тэрин-Из-Другого-Мира, но он явно лучше, чем подобный трус, - ответил он.
XIV
Когда Меченый увидел над воротами трактира знак имперской войсковой разведки, утреннее небо только-только начинало золотиться на востоке. Заходя в гостиницу, Крикс испытал внезапный приступ ностальгии. Время, когда он сражался под крысиным стягом, не было ни легким, ни приятным, но сейчас южанин ощутил, что мысль о Серой сотне отзывается внутри каким-то теплым, почти нежным чувством. Может быть, причина была в том, что пережитое в Кир-Роване подвело под его прежней жизнью жирную черту, и на той стороне осталось все сразу - и имперская разведка, и война в Каларии, и детство в Приозерном, и Адель с Лаконской Академией.
Из Кир-Кайдэ Меченый уехал почти тайно, сообщив о цели своего путешествия только Льюберту и Галатее Ресс. Дарнторн с сарказмом попросил передать от него привет Юлиану Лэру, а леди Ресс посоветовала Криксу соблюдать инкогнито и не снимать налобную повязку. В старом выцветшем дублете Льюберта Дарнторна и с повязкой вокруг лба Меченый походил не то на обедневшего наемника, не то и вовсе на авантюриста без определенного рода занятий, которых во время перемирия развелось видимо-невидимо.
Первым, кого Крикс увидел, войдя в зал трактира, был Кэлрин Отт, перед которым стояла чернильница и громоздилась кипа исписанных листов. С ним рядом примостился Гилберт Тойн, который крепко спал, уронив голову на скрещенные руки. Крикс знал, что Отт приехал в Кир-Кайдэ вместе с лордом Иремом, но Меченый на тот момент еще не выходил из своей комнаты, так что увидеть Кэлрина ему не удалось. Льюберт сказал, что Кэлрин пробыл в крепости всего несколько дней, после чего уехал в Лорку - собирать подробности о недавней кампании из первых рук. Эти рассказы представлялись ему более важными, чем переговоры, каждую реплику в которых добросовестно записывали сразу несколько секретарей.
Когда Меченый вошел в зал, Отт поднял голову и вздрогнул, узнав Крикса. Меченый глазами показал на подметавшую полы служанку, и Кэлрин, умница, прекрасно понял, что от него требуется.
- Доброе утро, Рик, - сказал он таким тоном, будто только накануне видел Меченого в лагере. Этого Отту показалось мало, и он заразительно зевнул.
- Ты уже встал - или до сих пор не ложился? - спросил Меченый, подсаживаясь за тот же стол.
- Я не ложился. Гилберт вызвался рассказать мне о Серой сотне, если я пообещаю ставить ему выпивку, чтобы у него не пересохло в горле. И уж можешь мне поверить - в горле у него пересыхало очень часто... Ты не представляешь, сколько он смог выпить, прежде чем заснул. Я видел толстяков, которые падали под стол от половины такой порции... К тому моменту, как он отрубился, столы уже сдвинули, а я остался один во всем зале. Никто мне не мешал, так что я набросал еще одну главу.