На третий день отек немного спал, но все же визит Ролана был исключительно некстати. Олрис понимал, что, несмотря на все его старания, Ролан отлично видит, что у него с лицом - и это заставляло его чувствовать себя униженным.
- Я вижу, здорово тебе досталось, - сказал старый оружейник то ли уважительно, то ли насмешливо. - Защищал свою подружку, так?..
- Она мне не подружка, - огрызнулся Олрис, пытаясь сосредоточиться на своем деле. Но не замечать старого оружейника, когда Ролан желал поддерживать беседу, было не так просто.
- Это да. Я слышал, что она предпочитает Фрейна. Но теперь-то она, вероятно, передумает. Какая девушка захочет иметь дело с одноглазым?.. - ухмыльнулся оружейник. Олрис чувствовал, что айзелвитту нравится его подразнивать.
"Ну причем тут его глаза? - мрачно подумал мальчик. - Кто вообще захочет иметь дело с такой сволочью, как Фрейн? Разве что дура вроде Ингритт"
С другой стороны, откуда Ингритт было знать, каким был Фрейн на самом деле?.. С ней-то он наверняка держал себя совсем не так, как с Олрисом и прочими мальчишками с конюшни. Ну, по крайней мере, поначалу.
Стоявший в дверях мужчина продолжал насмешливо смотреть на Олриса.
- Думаю, у тебя есть шанс. Самое главное - не показывайся ей на глаза, пока не сойдут эти синяки, а то она перепугается или начнет тебя жалеть. - Ролан поскреб пальцами бороду. - Ну, вообще, конечно, девушки часто влюбляются в того, кого они жалеют, но это не та любовь, которой стоит добиваться. Как по мне, гораздо лучше, если девушка тобой восхищается.
- Да не нужна она мне! - почти взвыл Олрис. - Она меня ни капли не интересует! И я вовсе не хочу, чтобы она в меня влюблялась.
- Ну и дурак, - пожал плечами Ролан, все так же небрежно привалившись к косяку.
Олрис покосился на мужчину, впервые задумавшись, какого черта тот торчит в конюшне и тратит свое время на подобный беспредметный разговор. Ролан как будто понял смысл его взгляда.
- Ваша драка с Фрейном наделала много шума. С одной стороны, по твоей вине пострадал человек, который работает на королевской кузнице. То есть, в каком-то смысле, ты нанес ущерб имуществу самого короля...
Олрис похолодел. Странное дело, до сих пор он не рассматривал проблему с этой точки зрения, хотя это было вполне естественно.
- А с другой стороны - парень, который так лихо управился с Фрейном, тоже может быть полезен королю, по крайней мере, когда вырастет, - так же размеренно продолжал Ролан. Создавалось впечатление, что он нарочно изводил своего собеседника этой нарочитой неторопливостью. - Словом, мнения разделились. Одни полагали, что тебе следует всыпать пятьдесят плетей, и, если выдержишь, вернуть тебя на черную работу. А другие утверждали, что от Фрейна всегда было больше беспорядков, чем реальной пользы, а вот из тебя может однажды выйти воин. Дело решил Нэйд.
- Что он сказал? - спросил Олрис помертвевшими губами. От Мясника из Брэгге было трудно ждать чего-нибудь хорошего. Разве что мать каким-то способом умаслила Рыжебородого...
- Сказал, что ты будешь носить меч за Дакрисом - если, конечно, тот не против. Тот, на твое счастье, не возражал. Так что ты с чистой совестью можешь пойти и положить скребок на место. С завтрашнего дня ты будешь чистить только лошадь своего хозяина, а о возне с навозом можешь вообще забыть. Ну что?.. Ты рад?
Олрис почувствовал, что руки у него слегка дрожат - и поскорее опустил скребок, чтобы Ролан не заметил и не стал над ним смеяться. Это в самом деле было несколько смешно - пугаться именно тогда, когда опасность уже миновала...
- Ну конечно, рад, - ответил он. - Только я все равно не понимаю, с чего вдруг Рыжебородый так расщедрился.
Ролан негромко рассмеялся.
- А я понимаю... Дель-Гвиниру в самом скором времени понадобятся новые гвардейцы. Видишь ли, пока ты тут залечиваешь свои синяки и ковыряешься в навозе, весь остальной замок на ушах стоит. Слухи расходятся так быстро, что даже Мясник больше не может делать вид, что ничего особенного не произошло. Рыжебородый, разумеется, молчит как пень, но он все знает.
- Знает что?
Ролан, хромая, подошел к нему, нагнулся к его уху и почти неслышно прошептал:
- Что наш король вернулся.
Олрис отшатнулся.
- Что ты врешь, дурак!..
Старик оскалился, словно довольный волк.