- Знаешь, Крикс, иногда я тебя боюсь, - задумчиво сказал Лювинь. - Ты бы хоть руками поводил или прочел какое-нибудь заклинание - ну, просто для приличия.
Меченый пропустил его слова мимо ушей - он напряженно размышлял. Устранить болевые ощущения - это простейшее воздействие на грани магии и самого обычного внушения. Такое может сделать даже деревенский знахарь. Главная проблема в том, что убрать боль - еще не значит вылечить болезнь.
- На твоем месте, я все же зашел бы к Алинарду, - сказал Крикс, но замолчал, поняв, что Рельни его уже не слышит. Посмотрев на него, Меченый заподозрил, что эта история облетит замок еще до обеда - и отныне все солдаты из охраны Истинного короля, а может, и крестьяне из ближайших деревень станут идти за помощью не в госпиталь, а прямиком к нему.
Определенно, следовало побыстрее раздобыть люцер и собственные хирургические инструменты.
Оставив Рельни наслаждаться избавлением от боли, Меченый отправился к наместнику. Его покои находились этажом ниже, чем комнаты его жены.
Услышав раздававшийся из-за двери голос сенешаля, Меченый ускорил шаг.
- ...сплошное лицемерие, - услышал он еще из коридора. Атрейн явно не пытался приглушать свой голос. - Вот только посмей опять сказать, что все это время, пока ты ел с гвиннами с одной тарелки и казнил моих парней, ты делал это для того, чтобы спасти как можно больше айзелвитов!.. Если тебя что-то и заботило, так это твое личное благополучие и безопасность твоих близких. Признай, что предал Тэрина, чтобы не рисковать собой и обеспечить своей дочери и жене благополучное существование. Ради того, чтобы они обедали на серебре и спали на перинах, не жаль кого-нибудь повесить, правда?..
Крикс резко дернул створку на себя и с облегчением отметил, что Атрейна с Уриенсом разделяет расстояние почти в полкомнаты. Значит, сенешаль, по крайней мере, не намеревался ткнуть противника кинжалом или свернуть ему шею.
- Ты можешь и дальше говорить обо мне все, что хочешь, но оставь мою жену и дочь в покое, - сказал Уриенс с твердостью, которой он наверняка не ощущал. - Они ни в чем перед тобой не виноваты.
- В самом деле? Если я не ошибаюсь, твоя дочка родилась в тот самый год, когда мой первенец умер в Лисьем логе. Это была страшная, голодная зима... у его матери пропало молоко. Я думал, что у нас будут другие дети - но на следующий год ее убили гвинны. Я приложил все усилия, чтобы узнать, кто это был, но ничего не вышло. Кстати говоря! Никто из тех, с кем ты садился пировать за этот стол, как-нибудь мимоходом не упоминал о том, как надругался над моей женой?..
Уриенс провел ладонью по лицу, то ли стирая проступившую испарину, то ли пытаясь хоть на миг отгородиться от пылающего яростью взгляда напротив.
- Не понимаю, чего ты пытаешься добиться?.. - глухо и как будто через силу спросил он. - Если ты так сильно меня ненавидишь, то иди и посоветуй королю меня казнить. Может быть, он тебя послушает.
- Казнить тебя? - эхом откликнулся Атрейн. - А толку-то?.. Я бы хотел, чтобы предатели вроде тебя на своей шкуре испытали все, что пережили мы. Но для такого мне пришлось бы пойти к твоей дочке и поступить с ней так же, как те гвиннские ублюдки поступили с моей Тальей.
Уриенс резко вскинул голову.
- Ты этого не сделаешь! - должно быть, он хотел, чтобы это звучало угрожающе, но Крикс услышал только страх измученного, загнанного в угол человека. Уриенс, должно быть, понимал, что в войске Истинного короля у Атрейна найдется множество единомышленников, готовых воплотить угрозы сенешаля в реальность.
- Не сделаю, - признал Атрейн бесцветным голосом. - Мне бы хотелось думать, что я не могу поступить с тобой так, как ты заслуживаешь, потому что мне бы помешали люди короля или дан-Энрикс... - сенешаль махнул рукой на Меченого, замершего на пороге, - Но проблема в том, что я бы в любом случае не смог. Сам по себе. А значит, справедливости не существует.
Он развернулся и стремительно вышел в коридор, едва не налетев на Крикса. Долю секунды энониец колебался - войти в зал и попытаться как-то успокоить Уриенса или идти за Атрейном, но потом все-таки выбрал сенешаля. В конце концов, Уриенсу наверняка будет спокойнее, если будет знать, что за Атрейном кто-то приглядит.