Меченый поднял ладонь, как будто бы пытался остановить этот сумбурный поток слов.
- Таира! Альды мне свидетели - я очень перед вами виноват. Будь я немного поумнее, я поговорил бы с вами еще до своего отъезда. Я не могу жениться - ни на вас, ни на ком-нибудь другом.
Олрис горделиво посмотрел на Яноса, как будто спрашивая - что я тебе говорил?
- Но почему? - спросила девушка бесцветным, словно помертвевшим голосом.
- А вы уверены, что вы действительно хотите это знать? - вздохнул дан-Энрикс.
Таира кивнула, не спуская с него глаз.
- В том мире, где я раньше жил, осталась женщина, которой я поклялся в верности.
Янос ткнул Олриса под ребра и издал губами тихий непристойный звук.
- И кто теперь дурак?.. - спросил он шепотом.
- Заткнись, - прошипел Олрис. - Дай послушать.
Ингритт будет интересно знать, чем все закончилось. Она, похоже, интересовалась Криксом почти так же, как он сам.
- Ну хорошо... я поняла. Вы любите другую женщину, - сказала Таира. Теперь ее голос звучал удивительно спокойно, что никак не сочеталось с ее бледностью и выражением лица. - Но почему тогда вы так смотрели на меня - с того самого дня, как отец приказал открыть ворота Истинному королю? Только не говорите, что мне просто показалось!
Меченый отвернулся.
- Вам не показалось. Я действительно смотрел на вас, и это... это, безусловно, было очень скверно.
Таира сделала еще шаг вперед и оказалась совсем рядом с Меченым. Она коснулась его рукава, заставив его снова развернуться к ней.
- И что же в этом скверного? То, что вы живой человек, и вам могла понравиться другая женщина?.. Может быть, вы испугались, что забудете о той, которая осталась в вашем мире?
- Вот уж нет, - грустно ответил Крикс. - Я видел ее каждый раз, когда смотрел на вас. Вы очень на нее похожи.
"Сейчас она его ударит" - понял Олрис. И, действительно, мгновение спустя услышал хлесткий звук пощечины.
Меченый, очевидно, тоже ожидал удара - он даже не вздрогнул, в отличие от Яноса, который чуть не подскочил от громкого хлопка.
- Если позволите, я провожу вас в замок, - сказал Крикс спокойно, словно ничего особенного не произошло.
Судя по потемневшим, словно грозовое небо, глазам девушки, она раздумывала, не стоит ли закатить дан-Энриксу еще одну пощечину.
- Как-нибудь обойдусь, - ответила она. И, обойдя дан-Энрикса - по широкой дуге, чтобы не задеть его даже краем своего плаща - вышла на улицу, тонкая и прямая, как копье. Дан-Энрикс несколько секунд смотрел ей вслед, а потом развернулся и направился к тому деннику, где обитали Олрис с Яносом.
- Ложись! - прошипел Олрис, сразу же поняв, куда он направляется.
Они попадали на свой соломенный тюфяк, накрылись старыми попонами и постарались сделать вид, что крепко спят. Сердце у Олриса стучало так, как будто собиралось выскочить из ребер. Меченый толкнул дверцу денника и посмотрел на "спящих" сверху вниз.
- Вы, оба. Перестаньте притворяться и послушайте меня. Никто не должен знать о том, что вы тут видели и слышали. Пока о нашем разговоре знаем только я, Таира и вы двое. Если по замку поползут какие-нибудь слухи, я буду знать, кто в этом виноват. Вы меня поняли?
- Да, господин, - поспешно отозвался Олрис, чувствуя, что уши у него горят. Прекрасно, теперь Меченый считает его болтуном и сплетником, любителем подслушивать чужие разговоры, а потом рассказывать о них кому не попадя!
"Но ты ведь действительно подслушивал их разговор, да еще собирался рассказать об этом Ингритт!" - напомнил ему внутренний голос.
- А что сразу мы?.. - заскулил Янос. - Скорее уж леди Таира обо всем расскажет своим горничным! Она всегда выбалтывает все свои секреты Шани, а та обо всем рассказывает кукольнице Нэн, и Паку, и еще десятку человек!