- Все в порядке, он у Ингритт, - отозвался Крикс.
- Она жива?!
- Сказал же: не кричи, - поморщился дан-Энрикс. - Да, жива... Видимо, будет лучше рассказать все сразу. Ты, конечно, помнишь, что тогда творилось в лагере - одни сражаются друг с другом, а другие ничего не понимают и пытаются сбежать. Когда кто-то затоптал пару костров, граница перестала сдерживать адхаров, и они проникли внутрь круга. Ингритт, кажется, была единственной, кто догадался, что огонь - такое же оружие, как и железо. На самом деле, даже лучше. Мы убили одного Безликого, забрали его лошадь и смогли прорваться, но, думаю, только потому, что там царила полная неразбериха. Когда мы скрылись от погони, мне пришлось отдать ей меч. Пока он остается у меня, Безликим слишком просто нас найти. Лошадь того Безликого мы сразу отпустили. Я не знаю, как адхары добиваются того, что их кони не боятся своих всадников, но допускаю, что на этих лошадей наложено какое-то заклятие, а может быть, и не одно... разумнее всего не связываться с тем, чего не понимаешь. Ну а дальше я приложил все усилия, чтобы сбить Безликих со следа. Думаю, что часть из них все еще крутится поблизости, но основная часть отряда двинулась на юг, чтобы перехватить нас по дороге к Каменным столбам. Ингритт сказала мне, что видела тебе в самом начале схватки, и что ты пытался убежать. Она хотела знать, что с тобой стало. Я оставил ее в безопасном месте, а сам вернулся в лагерь. Мне бы не хотелось, чтобы она видела то, что от него осталось, хотя это было не особенно опасно - думаю, что ни один Безликий не додумался бы искать нас там. Я не нашел тебя среди убитых и пришел к выводу, что ты, скорее всего, жив. Вот, собственно, и все.
Олрис задумался. Судя по словам Крикса, он был не единственным, кто уцелел во время схватки. Но дан-Энрикс все равно разыскивал именно его. Олрис не отказался бы узнать, в чем тут причина. Только в просьбах Ингритт - или в чем-нибудь еще?..
- Пошли, - сказал дан-Энрикс. - Прежде, чем отправляться за тобой, я сказал Ингритт, куда я иду, но вряд ли ей приятно оставаться там одной. Я еще никогда не видел лес, который выглядел бы так же неприветливо, как этот. Думаю, это из-за присутствия адхаров.
Олрис промолчал, хотя и думал, что использованное Криксом слово "неприветливый" было неслыханным преуменьшением. Лес прямо-таки дышал враждебностью. Пока не появился Меченый, сумевший одному ему известным способом развеять это наваждение, Олрису казалось, что он сойдет с ума, если пробудет здесь еще хотя бы несколько минут. Но в главном Крикс был прав - им следовало побыстрей вернуться к Ингритт.
Идти оказалось тяжело. Беседуя с дан-Энриксом, Олрис забыл, как у него болят натруженные ноги, и даже перестал чувствовать головокружение и тошноту. Но уже через несколько шагов они вернулись с новой силой. Меченый двигался так быстро и бесшумно, что походил не на человека, а, скорее, на бесплотный призрак. Олрис быстро понял, что он безнадежно отстает от своего попутчика. Крикс тоже это понял - и остановился.
- Что случилось? - спросил он.
- Простите... я устал, - пробормотал Олрис, злясь на себя за то, как жалко это должно звучать. Произнося эти слова, он неожиданно почувствовал очередной неудержимый приступ тошноты. Схватившись за ствол ближайшего дерева, он наклонился над землей, кашляя и сгибаясь от мучительных позывов. Но, поскольку Олриса тошнило уже далеко не первый раз, а он все это время ничего не ел, во рту не было ничего, кроме слюны и желчи. Через несколько секунд желудок наконец-то перестал пытаться вывернуться наизнанку, и Олрис замер в том же положении, опустив голову и тяжело дыша.
- Тебя ударили по голове? - предположил дан-Энрикс утвердительно.
Пришлось кивнуть.
- Иногда все почти нормально, а потом опять... - Олрис прижал ладонь к губам, чувствуя подступающую дурноту.
До него долетел тяжелый, долгий вздох.
- А раньше ты сказать не мог?.. - поинтересовался Меченый, остановившись совсем рядом с ним. - Подними голову.
- Я не могу... Меня сейчас стошнит, - выдавил гвинн.
- Ничего с тобой не случится, - возразил дан-Энрикс. - Просто сделай так, как я сказал.
Олрис напомнил самому себе, что Меченый не только лекарь, но и маг. Он выполнил его распоряжение и ощутил, как пальцы Меченого прикасаются к его вискам.
- Расслабься. Тошнота сейчас пройдет, - сказал дан-Энрикс непривычно мягко. Олрис сам не заметил, как закрыл глаза. Ему казалось, что по телу разливается приятное тепло. Первой исчезла головная боль, потом усталость, от которой собственное тело казалось ему неуклюжим и тяжелым, а последней отступила ноющая боль в натруженных ступнях. Дан-Энрикс еще чуть-чуть помедлил, а потом убрал руки.