- До скорой встречи! - сказал Меченый, делая шаг вперед. Только шагнув, он осознал, что так и не поинтересовался именем их спутника.
Полет занял не более секунды. Меченый почувствовал, как погрузился в воду, и инстинктивно зажмурился. Открыв глаза, он осознал, что вода была вовсе не такой холодной, как он ожидал. Вдобавок, она больше не казалась черной, как тогда, когда он смотрел на озеро. Наоборот, она была зеленой, пронизанной косыми потоками солнечного света. Оттолкнувшись от покрытого камнями дна, дан-Энрикс вынырнул на поверхность. Он увидел небо, покрытое кучевыми облаками, позолоченными заходящим солнцем, лес и возвышающиеся неподалеку стены города, в котором он с замиранием сердца узнал Адель. Примерно в двадцати шагах от того места, где дан-Энрикс упал в воду, протянулась длинная песчаная коса. На ней спиной друг к другу стояли Олрис и Ингритт, выжимавшие свои рубашки. Крикс в несколько размашистых гребков доплыл туда, где его ноги доставали дна, и, поскальзываясь на камнях, побрел в сторону берега, еще не до конца поверив в то, что наконец-то оказался дома.
Выбравшись из воды, Крикс первым делом сбросил сапоги и вылил из них воду на песок. Увидев Меченого, Ингритт торопливо натянула влажную рубашку.
- Мы уже начали беспокоиться, - сказала она. Крикс удивился, но потом подумал, что, с поправкой на разницу во времени, он должен был попасть сюда примерно через пять минут после своих попутчиков.
- Это и есть ваш город?.. - спросил Олрис, зачарованно глядя на видневшуюся вдалеке Адель.
- Да, - кивнул Меченый. Он посмотрел на солнце, почти касающееся воды, бросил взгляд на стертые до крови ступни Олриса, переминавшегося с ноги на ногу на остывающем песке, и пришел к выводу, что за те полчаса, которые остались до закрытия ворот, им нипочем не добраться до города. Придется, видимо, попасть в Адель другим путем. Хорошо еще, что вечер выдался безветренным, и закатное солнце еще способно было дать немножечко тепла, иначе идти куда-то после недавнего купания было гораздо неприятнее.
- Здесь так тепло... хотя и осень, - с удивлением отметила Ингритт, глядя на желтые и оранжевые листья на деревьях.
- Я думал, здесь будет конец зимы, как и у нас, - поддержал ее Олрис.
- По-моему, сейчас примерно середина октября, - ответил Меченый, мельком взглянув на лес. - В это время погода без конца меняется. То тепло, как летом, то внезапно налетают зимние шторма. Считайте, что нам повезло. Но все равно, если мы будем продолжать эту беседу в мокрой одежде, то замерзнем и простудимся. - Он обернулся к Ингритт. - Мы встанем к тебе спиной и будем смотреть только на залив, а ты не будешь торопиться и выжмешь свою одежду досуха. Когда ты скажешь, что закончила, мы поменяемся.
Олрис встал рядом с ним, с преувеличенной серьезностью уставившись на горящую под лучами солнца полосу воды на горизонте.
- Он такой огромный, да?.. И постоянно движется, как будто дышит, - сказал он, когда набежавшая волна лизнула ему ноги, оставляя за собой ошметки белой пены. Крикс напомнил самому себе, что Олрис еще никогда не видел море. - Когда мы упали в воду, мне сначала показалось, что она сама пытается выкинуть нас на берег.
- Это называется "прибой", - ответил Меченый, невольно улыбнувшись.
Как же хорошо было опять попасть домой...
Когда они закончили с одеждой, Олрис потянулся к валявшимся на песке ножнам с Риваленом.
- Я понесу ваш меч, - выпалил он. Было понятно, что ему уже давно хотелось сменить Ингритт.
- Нет! - резко сказал дан-Энрикс, удержав стюарда за плечо.
Олрис посмотрел на рыцаря с обидой и недоумением. Судя по виду Ингритт, она тоже была удивлена таким решительным отказом. Меченый и сам не очень понимал, почему он остановил мальчишку. До сих пор у него не было никаких оснований думать, что их враг сможет почувствовать Ривален, если меч возьмет не Крикс, а какой-то другой потомок Энрикса из Леда. Но Меченый полагал, что, имея дело с магией, лучше поменьше рассуждать и больше доверять собственным ощущениям.
- Меч возьмет Ингритт, - сказал Крикс, давая своим спутникам понять, что не намерен обсуждать этот вопрос. Олрис с оскорбленным видом отступил в сторону и избегал даже смотреть на Ингритт, пока та надевала перевязь. Меченый, в свою очередь, смотрел на Олриса и думал - как бы он среагировал, вздумай дан-Энрикс объяснить причину своего решения?.. Меченый помнил, с каким выражением лица его стюард обычно говорил об Олварге. Сознавал это Олрис или нет, но король гвиннов внушал ему отвращение и страх, слегка замаскированный привитым ему в Марахэне уважением к тому, кто утверждает свою власть с помощью силы и жестокости - то есть всего того, что гвинны называли "мужеством". Навряд ли Олриса обрадовало бы известие, что их король - его отец. По счастью, такая мысль явно не приходила ему в голову.