-Этот мир не выдержал бы такого, - светловолосый заправляет прядь волос за ухо, - вы истощили бы его, в два горла выпили бы все его силы. Тебя такие мелочи не беспокоили?
-А тебя не беспокоит, что этот мир вряд ли выдержит то, что стоит у его дверей и уже стучится в них? И на этот раз не я тому виной, - у деревенского кота по морде разливается полнейшее удовлетворение, он уже лежит на коленях темноволосого, свесив хвост чуть не до земли.
-Беспокоит. Но я верю, что не стоит пренебрегать возможностью заявить о себе, результат всегда непредсказуем, сам знаешь.
-А ты, значит, верил в своего героя? И не боялся, что он оплошает?
-И верил, и боялся, а уж когда он пошел к Ионе - я-то ждал, что он обратится к Гайе, - тут я просто заметался. Опять же слова, которых мы все так ждали от Николаса - а если бы он призвал нас на помощь? Все, досрочный судный день, и мы в полдня прикрыли бы всю эту лавочку. - И светловолосый проводит рукой по подбородку. - Или выдал бы что-нибудь о всеобщем счастье...
-Ох. - Болезненно морщится его собеседник.
-То-то и оно. На наше счастье Николас очень сдержанный человек, прямо-таки воплощение меры, привыкший взвешивать каждое слово. И умный. Его слова открыли нам давно заброшенную дорогу, он позвал чистые, светлые души, и дал им возможность действовать. Так что теперь на твой Рой есть моя Стая. И я ни за что не поверю, что тебе не хочется посмотреть, как они померяются силами.
-Разве я когда-нибудь пытался тебя обмануть? - Углаженный кот открывает в широком зевке пасть, сворачивая половичком розовый язык. - Еще как хочется! Но если я вдруг не пожелаю дожидаться, пока вы наберете силу, и осуществлю предупредительный удар по твоему новому торговому представителю? Маленькая такая победоносная война. - И темноволосый чешет коту за ухом.
-Маленькая, говоришь? - Светловолосый негромко зовет кого-то, и по его слову прямо из воздуха возникает фигура девушки - высокая, одетая в длинное простое белое платье, за спиной ее движутся с легким шумом огромные крылья. Девушка словно светится изнутри, темны у нее только глаза, большие, похожие на волчьи ягоды. - Давно хотел вас познакомить. Бывшая твоя подданная, самая первая душа, призванная в Стаю.
-Привет, Хэли. - Темноволосый поднимает руку в приветственном жесте. - Вот так всю жизнь стараешься, пьешь кровь, кусаешься, и всего-то одно самопожертвование - и все усилия прахом. Не простое, конечно, самопожертвование, а совершенное любящим ради любимого. Тут я бессилен. Как тебе там, по другую сторону?
-Нелегко. - Голос Хэли печален, но она улыбается. - Но я рядом с ним и охраняю его.
-Мда, не получится мне маленькой войны. Ладно, чего уж там, подрастите немного. Не обещаю, что Рой будет строго придерживаться нейтралитета, они у меня беспокойные, да и таких развлечений у них отродясь не бывало.
-Для начала им неплохо было бы разобраться с собственными неурядицами, - светловолосый улыбается девушке и отпускает ее. - Я глазам своим не поверил, когда Гайя оторвал Ионе голову и успел насадить ее на свое копье до того, как был затоптан паразитами, хлынувшими из-под земли как лава.
-Ничего, свято место пусто не бывает, - темноволосый аккуратно снимает кота с колен и опускает наземь. - Выберут новых, и примутся за старое.
Светловолосый берет чашку с остывшим кофе, над которым тут же начинает виться ароматный парок, и неторопливо пьет.
-Усталый мир, так ведь, враг мой? - И он осторожно ставит чашку на стол. - Старый, усталый, потрепанный. И мы с тобой опять проросли здесь друг в друга, твоя сила тянет за собой мою, а моя - призывает твою.
-Значит, война? - И его собеседник берется бархатной черной рукою за запотевшее стекло высокого бокала. - Или помиримся? Пусть они тут сами разбираются, что к чему, все равно они в нас не верят, в жизни такого мира не встречал! - И он недоуменно приподнимает брови.
-Ну уж нет. - Светлый берет свой бокал. - Война. Бросаю тебе вызов, враг мой.
-Принимаю твой вызов, враг мой, - вторит Темный. Бокалы с горной водой сталкиваются и звенят.
На площадь выходит девушка, судя по всему, приезжая, оглядывается и усаживается за столик возле фонтана. Дожидаясь своего кофе, она достает из рюкзака альбом, карандаш и принимается зарисовывать щекастого дракона, из пасти которого бьет струя воды, разбиваясь о мраморный желоб и стекая в мозаичный бассейн. Карандаш в тонких пальцах стремительно летает по бумаге, девушка нетерпеливым жестом отбрасывает со лба рыжеватую челку. Вскоре настает очередь серого кота быть запечатленным в альбоме художницы, потом на листе появляются очертания мужского профиля... несколькими штрихами девушка зарисовывает волосы, стянутые лентой, и пытается уловить выражение глаз того, кто улыбается ее стараниям. Она старается не смотреть в открытую, бросая на темноволосого незнакомца быстрые, осторожные взгляды.