Особенно ценными оказывались компрометирующие сведения. Узнав, что муж заведующей абонементом тайно слушает «Голос Америки», Волкова не донесла, а просто намекнула, что «знает о некоторых домашних привычках». Этого хватило, чтобы обеспечить беспрекословное подчинение.
Ольга навела в библиотеке железную дисциплину. Каждое утро начиналось с пятиминутки, где она раздавала поручения и жёстко спрашивала за их выполнение. Все книжные выставки теперь проходили обязательное согласование с ней лично. Для работников был введён строгий дресс-код: никаких ярких цветов, только строгие костюмы и белые блузки.
— Оля, не давишь ли ты на людей? — осторожно спросил Сергей, когда жена в очередной раз пришла домой взвинченная после конфликта с подчинённой. — Библиотека — не армия всё-таки.
— Именно поэтому там и был такой бардак, — отрезала Ольга. — Десятилетиями всё делалось спустя рукава. Никакой системы, никакой дисциплины. Я порядок наведу, хотят они того или нет.
— Но всё же... — начал было Сергей.
— Не учи меня работать с людьми, — перебила Ольга. — Лучше посмотри, что Ленка опять натворила. Все коленки в синяках, да ещё и воспитательница в дневник записала.
Маленькой Елене было уже пять лет, и она росла активным, своенравным ребёнком. В детском саду она верховодила другими детьми, организовывала игры и нередко ввязывалась в конфликты, отстаивая своё мнение.
— Она просто живая девочка, — вступился Сергей за дочь. — Все дети в этом возрасте такие.
— Ей скоро в школу, — Ольга покачала головой. — Нужно приучать к дисциплине. Иначе вырастет неуправляемой.
Сергей посмотрел на жену долгим взглядом. Перед ним сидела женщина, которую он когда-то полюбил за мечтательность и любовь к поэзии. Женщина, с которой они читали Есенина в полутёмной библиотеке. Куда она делась? Когда успела исчезнуть?
В воспитании дочери Волковы часто расходились во мнениях. Сергей любил Лену с той безоглядной нежностью, которая свойственна многим отцам. Ольга же видела в ней прежде всего продолжение себя, свой проект, который нужно было развивать в правильном направлении.
— Лена должна быть лучшей, — говорила она мужу. — У неё будет то, чего не было у меня — правильное образование, правильные связи, правильная карьера.
— А если она сама захочет чего-то другого? — осторожно спрашивал Сергей.
— Не захочет, — уверенно отвечала Ольга. — Я так её воспитаю её, чтобы она сама понимала, что для неё лучше.
Однажды Лена вернулась из детского сада в слезах. Оказалось, что другая девочка сломала ее любимую куклу.
— И что ты сделала? — спросила Ольга, вместо того чтобы утешить дочь.
— Плакала, — всхлипнула Лена.
— Плакала? — Ольга нахмурилась. — А нужно было заставить ее ответить за это.
Она присела на корточки, глядя дочери прямо в глаза:
— Запомни раз и навсегда: никогда не показывай слабость. Если кто-то причинил тебе боль, ответь так, чтобы больше не посмели. Поняла?
Лена испуганно кивнула, а Сергей, наблюдавший эту сцену из кухни, почувствовал, как неприятный озноб пробежал по спине. Ему показалось, что жена готовит дочь не к жизни, а к войне.
На следующий день Лена пришла из садика с гордо поднятой головой.
— Мама, я сделала, как ты сказала! — объявила она. — Я взяла Машину любимую игрушку и сломала её тоже!
Ольга одобрительно кивнула:
— Молодец. Теперь она дважды подумает, прежде чем трогать твои вещи.
Сергей застыл:
— Оля, ты слышишь себя? Это же месть! Это жестокость!
— Это справедливость, — спокойно возразила Ольга. — И умение постоять за себя. Или ты хочешь, чтобы наша дочь всю жизнь была тряпкой, которой все вытирают ноги?
— Есть разница между силой и жестокостью, Оля, — Сергей говорил тихо, но твёрдо. — И если ты ее не видишь, то у нас проблема. Серьезная проблема.
Они поссорились в тот вечер. Всерьёз, громко, с хлопаньем дверей. Первый раз за все годы брака.
Летом 1984 года в жизни Волковых произошло важное событие — они впервые поехали отдыхать на море, в Крым. Путёвки в ведомственный санаторий Ольга получила через горком партии — одну из первых привилегий её нового статуса.
— Представляешь, Серёжа, там будет весь партактив области, — говорила она, упаковывая чемоданы. — Такая возможность — познакомиться с нужными людьми!
— Я думал, мы едем отдыхать, — вздохнул Сергей, которому совсем не хотелось проводить отпуск среди партийных работников.