— Отдых — это тоже работа, только другого рода, — наставительно заметила Ольга. — Особенно для тех, кто хочет чего-то добиться в жизни.
В санатории под Алуштой Ольга действительно не теряла времени даром. Пока Сергей с дочерью купались в море и загорали на пляже, она активно участвовала во всех культурных мероприятиях, организовывала литературные вечера для отдыхающих, подружилась с женой секретаря обкома и даже выступила с докладом о роли библиотек в идеологической работе на семинаре партработников.
Однажды вечером, возвращаясь с очередного мероприятия, Ольга увидела пожилую женщину, сидящую в одиночестве в беседке с видом на море. Что-то в ее осанке, в том, как она держала сигарету, зацепило внимание.
— Простите, мы не встречались раньше? — спросила Ольга, подходя ближе.
Женщина медленно посмотрела на неё:
— Волкова? Ольга Волкова из библиотеки Харловска?
— Да, я, — Ольга была удивлена. — А вы...
— Зоя Семеновна Лебедева, — представилась женщина. — Я была в комиссии, когда тебя принимали в партию.
— Конечно! — Ольга тепло улыбнулась, хотя внутри напряглась. — Очень рада вас видеть.
Лебедева была легендой областной партийной организации. Старая большевичка, прошедшая войну, участвовавшая в восстановлении разрушенного хозяйства. Женщина с железными принципами и стальной волей. Её боялись и уважали.
— Присядь, — кивнула Лебедева на скамейку рядом. — Я наблюдаю за тобой с первого дня нашего приезда. Активная, целеустремленная. Такие нам нужны.
— Спасибо, — Ольга скромно опустила глаза.
— Но, — Лебедева подняла палец, — карьеризм — это не то, что мы ценим в партии. Идейность — вот что важно. Понимаешь разницу?
— Разумеется, Зоя Семеновна, — поспешила заверить Ольга. — Я всегда ставлю интересы партии выше личных.
Лебедева долго смотрела на нее, потом медленно покачала головой:
— Не верю. В твоих глазах я вижу голод. Жадность. Жажду власти. Но это неважно. Важно, что ты умеешь действовать. Таких как ты партия использует... пока вы полезны.
Ольга почувствовала, как внутри всё похолодело от этих слов, но сохранила улыбку:
— Я просто хочу приносить пользу.
— И принесешь, — кивнула Лебедева, вставая. — Если не переоценишь свои возможности. Запомни: в нашей системе незаменимых нет. Сегодня ты — восходящая звезда, завтра — отработанный материал. Так было со всеми. Так будет и с тобой.
Она затушила сигарету и направилась к корпусу, оставив Ольгу наедине с тревожными мыслями.
В первый момент слова старой партийки её задели. Но страх быстро уступил место азарту. «Посмотрим ещё, кто кого переживёт», — подумала Ольга, глядя на звёзды над Чёрным морем.
— Товарищ Волкова проявляет незаурядную активность, — заметил второй секретарь обкома Игорь Степанович Бобыкин, наблюдая, как Ольга организует экскурсию для группы отдыхающих. — Такие кадры нам нужны.
— Она из нашего Харловска, — с гордостью сказал Кравцов. — Я давно увидел её перспективность.
— Может, пора двигать её выше библиотеки? — задумчиво произнёс Бобыкин. — С такой энергией и правильным пониманием линии партии она могла бы принести больше пользы на более ответственном участке.
Кравцов понимающе кивнул:
— У меня есть некоторые соображения на этот счёт.
Вечером того же дня Ольгу пригласили на «дружеский ужин» в узком кругу руководителей. Сергей не был приглашён.
— Может, не пойти без тебя? — для приличия спросила Ольга мужа, хотя её глаза уже загорелись предвкушением.
— Да иди, конечно, — вздохнул Сергей. — Я с Ленкой посижу, мультики посмотрим.
Он смотрел, как жена прихорашивается перед зеркалом — надевает лучшее платье, красит губы импортной помадой, душится французскими духами (откуда они у неё?). Она была красива и явно знала об этом. Знала и умело пользовалась.
— Оля, — тихо позвал он.
Она обернулась, приподняв бровь.
— Ты всё ещё любишь меня?
Вопрос застал её врасплох. Она замерла с тюбиком помады в руке.
— Конечно, Серёжа. Какие глупости.
— Просто... мне кажется, мы всё дальше друг от друга. Будто живём в разных мирах.
Ольга подошла, обняла его:
— Это временно. Я просто хочу обеспечить нам с Ленкой достойную жизнь. Ты же понимаешь?
Он кивнул, но в глубине души знал: она врёт. Не ему — себе. Ей нужна не «достойная жизнь». Ей нужна власть. Чистая, неразбавленная власть.
Ольга вернулась за полночь, возбуждённая и воодушевлённая.
— Серёжа, ты не представляешь! — она присела на край кровати, где муж уже пытался заснуть. — Игорь Степанович сказал, что я могу рассчитывать на перевод в городской отдел культуры!
— В отдел культуры? — сонно переспросил Сергей. — Это повышение?