По телевизору шла передача в которой известный врач психиатр объясняла принцип работы центра, в котором она работала.
-Элина, расскажите немного о детском центре, он будет стоять отдельно или вы отведете корпус?- лучезарно улыбаясь, спросила журналистка.
-Пока это будет только корпус, а дальше…- красивая блондинка своим мелодичным голосом объясняла журналистке, что конкретно будет в этом центре после перестройки.
Я раздраженно выключила телевизор и бросила пульт на диван.
Почему одним достается все: красивая внешность, престижная работа, продвижение по карьерной лестнице, да и я могла бы поспорить, что и красивый мужчина, а таким как мне одно невезенье.
Посидев с минуту, поняла, что меня расстраивает не факт, что кто-то успешнее меня, а то, что я давно ищу себя в этой жизни, но найти никак не могу. Даже на личном фронте не особо ладиться.
Решив налить себе прохладной воды, я поковыляла на кухню, когда судорога скрутила мои мышцы и буквально откинула меня на пол. Я застонала от боли. Мне казалось, что мои конечности и переднюю брюшную стенку разрывают, и я застонала еще сильнее, пытаясь руками за что-то уцепиться. Но в итоге я просто царапала пол.
Все закончилось так же внезапно, как и началось, будто не меня сейчас как через мясорубку пропустило.
Я в шоке встала, и оглядев себя со страхом, доковыляла к своей кровати. Пока шла, пыталась понять, почему так могло произойти, но не найдя разумных объяснений, я запаниковала.
Всю ночь я не могла уснуть, потому что внутренне ждала, что боль вернется, а может что и похуже.
Глава 2
Предвестники
Я так и не уснула, поэтому рассвет встречала в своей кровати разбитой и уставшей за ночь полной страха за свое здоровье.
До полудня я лежала в постели, так как вставать, и что-то делать не было сил, да и какой-то цели теперь тоже не было.
Работы нет, личной жизни так же, у меня была я и моя невезучесть.
Ближе к полудню мне сильно захотелось есть, и я встала, превозмогая боль, поковыляла к холодильнику.
Я разогрела слипшиюся гречку в микроволновке, и отправила ложку в рот.
-Гадость.- меня затошнило тем малым количеством еды, что я съела.
Мое тело направилось к холодильнику, и открыв морозильную часть, достала двести грамм мяса, которое я хранила к приезду мамы, чтобы встретить ее достойно.
Я начала есть сырое мясо, и ломота в теле стала отпускать. Когда с мясом было покончено, я, как во сне, направилась в ванну, чтобы умыть руки.
Я подняла глаза в зеркало и увидела, как небольшая струйка крови струиться по подбородку и я закрыла глаза, стараясь дышать через раз. На ощупь я нашла раковину, и включив холодную воду, стала смывать с лица кровь, ополоснув рот и помыв руки, я, наконец, открыла глаза.
Простояв с минуты возле зеркала и смотря на бодрую себя, осознала, что стоять на ноге комфортно, а оплетающий ногу эластичный бинт даже мешал, перетягивая кожу.
Я неловко разбинтовала ногу, а потом осела на кафельный пол и зарыдала, горько, ощущая как внутри ком страха и непонимания, разрушает разум.
Моя жизнь всегда была нелегкой за счет невезучести, но сейчас она становилась невыносимой.
Решение пришло само, я хотела прийти к своей тихой гавани, которой была мама. Она прижмет к себе и найдет решение моих проблем, как всегда.
Я стала собирать вещи в маленькую дорожную сумку, попутно бронируя место в поезде.
Когда все было готово, и я знала что поезд, в котором я попаду домой отъезжал сегодня вечером,, я решила выйти и прогуляться в городе, не хотелось оставаться один на один со своими страхами.
Я шла по главной улице, но ввиду большого количества народу, свернула на незнакомую улицу, и стала думать о том, как все что произошло, теперь повлияет на мою жизнь.
Я явно была больна, причем чем то страшным, возможно, я умру в короткие сроки, или мне придется просидеть всю жизнь на обезболивающих. По щеке прокатилась слеза, я подумала о родителях, которые просто не переживут мою смерть, а потом подумала о том, что не хочу умирать.
Ноги привели меня к окраине города, за которым начинался лес, и насколько я ориентировалась в пространстве, через пару метров начинались загородные домики.
Потоптавшись на месте еще пару минут, я все же не решилась идти дальше, я в городе могла потеряться, а уж лес для меня был опаснее во много раз.
Ближе к вечеру я вернулась домой, и подхватив сумку с документами, пошла пешочком до вокзала. Благо он находился в пятнадцати минутах ходьбы от моей съемной квартиры.
Мои родители даже не знали, что я приезжаю, мой поступок был импульсивен, своего рода действие от безысходности. Но оставаться одной в квартире было страшно, а возможно, даже опасно для моего здоровья.