- Сколько можно меня о чем-то просить? Одному зарплату выдай, тебе бездельничать! Вот вы у меня, где – приставил он два пальца к горлу. – Только работать шестнадцать часов никто не хочет. А придется.
- Батюшка, я правда уже не могу – опустилась девочка на колени. – Они высохли, нет сил больше плакать.
- Нет сил говоришь? – как-то странно улыбнулся граф Элдрен.
И в эту же минуту по полу застучали лапки. Престон ведь говорил, что в доме есть собака, а мы так глупо попались. Точно учует нас злодейка, своим нюхом клянусь!
В комнату вбежал вельш-корги пемброк. Чуть не волочась пузом по полу на своих и так невысоких лапках.
- Чарли иди сюда!
Небольшой песик, увидев расположение хозяина быстро, завилял хвостиком, что даже удивительно стало, как его жопа не ходит ходуном.
- Нет Чарли ко мне, – перепугалась девочка. – Папочка не надо.
Не убедила ее странная улыбка на родительском лице. Уж слишком коварной она была.
- Иди сюда мальчик! – не возымели на того мольбы, а Верн тем временем напрягся.
Он стиснул кулаки так сильно, что побелели костяшки. Грудь заходила ходуном, а губы поджались от бессилия. Я и сама понимала: хорошего ничего не случиться, но так и не была подготовлена к тому, что произошло.
- Нет. Пожалуйста, не надо папочка! – билась девочка, звеня цепями. – НЕТ.
А коварный человек, подозвав верное животное, схватив миниатюрный бюст королевы Виктории со стола и впечатал ему в голову. Раз второй.
Мужчина бил так, чтоб сразу не прикончить, а бедный песик заливался визгом, скулежом и плачем. Но не продолжал попытки лизнуть окровавленную руку, он не понимал за что любимый хозяин на него так был обижен.
Мур дергался, его трясло от увиденного, а на моих губах застыл беззвучный вой. Дрожь по телу и слезы в глазах.
Загрызу бездушная ты скотина!!!
- ПАПА – не крик, а хрип.
Коротконогий Чарли так и, не сумев заслужить прощение, издал последний вздох и затих. А маленькая мадемуазель разразилась нескончаемым потоком слез, которые тут же застывали, превращаясь в чистейшие бриллианты.
Лорд Элдрен улыбнулся, на голове у него проклюнулись небольшие рога и на лбу зажглась пентаграмма.
(От автора: «Не понимаю, как люди могут быть такими жестокими. Они точно объяты демонами, раз позволяют себе ужасные поступки с братьями нашими меньшими, с тем кто не может защитится сам.
Хищники лишь убивают для пропитания, а люди для забавы. Как такое можно понять и простить?
А наши любимцы прощают. И дальше продолжая нас обожать несмотря на отвратительные деяния. Всем доброты в сердца и любви. Извините за отступление»).
Об пол застучали драгоценные камни. Нерадивый папаша кинулся собирать сокровища, пребывая словно в экстазе.
Охотник перевел заклинание подчинения с меня на этого изувера, припечатав к столу. А я поскакала к пострадавшему с надеждой его спасти. Но тщетно. Слишком поздно.
Только как теперь забыть стеклянные глаза с застывшей в них верностью?
Многие считают, что собаки не плачут. Ложь. Наглая и неподтвержденная ложь. Потому как можно объяснить мокрые дорожки на мохнатой мордочке?!
Каратель, не жалея кулаков, обрабатывал хозяина, пока экзорцист Престон на него не крикнул. Дочка графа уже билась от происходящего в конвульсиях.
«Медведь» отступил, но я подкралась и жестко схватилась за ногу зубами, прошивая кость. Чтобы этот ирод понимал, как он поступил с беззащитным корги.
- Верн убери ее, я не могу работать – прогремел приказ красивого мужчины.
Мне разжали пасть, отстраняя от этого живодера и обняли в крепких объятьях.
А я осознала, что первый раз так жестоко и запланировано напала на человека. И не жалею! Не дай Всевидящий такое пережить еще раз, но поступила бы так же, ни секунды не колеблясь. За песика, за девочку, за то, что он жадная эгоистичная скотина.
Экзорцист затанцевал, по комнате разлился тягучий словно мед голос. Тот молитвой-заклинанием переплетался то нежными, но холодными звуками, то становился резким и обрывочным.
Граф трясся, со рта его вырывалась пенистая слюна, глаза закатывались. Элдрен выл и ругался такими противными словами, что мне было жутко даже в стальных объятьях.
Наконец показался демон. Он будто, вылез из кожи жадного аристократа. И встав перед ним, произнес:
- Я воплощение порока. Демон жаждущих богатства и наживы – не успел черный доскрипеть свою фразу, как на него тут же накинулись два крепких мужчины.
Престон зажал его в захват, а охотник бил что есть мочи. Невероятно быстро они обезвредили нечистого и вызвали двойным усилием врата. Все прошло настолько реактивно и продуктивно, что я не понимаю из-за чего экзорцисты и каратели работают врозь?