И тут Мур остановился, не решаясь вступить внутрь моей спальни. Маменька где-то затерялась за большой спиной. Думаю, побежала предупредить отца о визите довольно странных гостей.
- Быстрее! – чувствовала я, как меня влечет в вечность.
- Что теперь?
- Положи на грудь… – больше выговорить ничего не смогла.
Лишь только моя черная шерстка коснулась атласного покрывала я что есть силы выдохнула себе в лицо.
Меня потянуло, завертело. Казалось, что я летела вечность или может быть всего лишь миг. И когда меня уже начала обуревать паника, распахнула немного тяжелые веки.
Тело было каким-то ватным, непослушным, неуклюжим, а на груди чувствовался давящий груз. Но это казался просто рай на земле после той неимоверной боли, которую я перенесла.
Крик, слезы и меня заключили кольцо родных рук.
- Ливи, девочка моя, – начала обнимать меня маменька.
- Со мной все хорошо, – шептала я со слезами, отвечая родимой крепко-крепко. – Я так скучала!
Матушка еще пообнимала меня, а потом с тихим «ой» отстранилась, наверное, вспомнив, что я не люблю телячьи нежности. Но на удивление мне было приятно и отстраняться совсем не хотелось.
Родимая все-таки отошла и открыла мне обзор:
Верн посерел лицом, не глядя нащупал рядом кресло и тяжело опустился в него. Он не реагировал на окружающее пространство. Только взор, устремленный на бездыханное тело волчицы, лишь кадык несколько раз пробежался вниз и резко возвращался.
Проследила за его взглядом и чуть не закричала, прикрыв рот ладонью:
Почти вся правая сторона бока черной лесной красавицы отсутствовала, превратившись в кровавое месиво.
«И как каратель хотел спасать от таких повреждений?!»
- Не волнуйся милая, мы сейчас уберем эту дря… – не успела договорить матушка, как я ее перебила.
- Нет, мне стоит вам о многом рассказать, – слезла я с кровати, – вам обоим! – посмотрела я на своего спутника.
Но он все так же сидел с безучастным взглядом, провалившись где-то глубоко в себя. И только когда я залезла к нему на руки, встрепенулся.
Да что там говорить, и маменька оказалась в шоке.
Как это я в одной ночной рубашке и легком поверх халатике предстала перед кем-то? А самое страшное еще и веду себя настолько неприлично. Позор! Но меня сейчас мало что волновало, теперь я поняла чего хочу!
- Что смотришь? За ушком чеши! – выдала я в ошарашенное лицо и приготовилась к ласке.
Большой, грубый палец скользнул за ушком, толпы мурашек побежали вниз живота и оттуда разлетелись по всему телу.
Никогда такого не было. Я чувствовала только приятные ощущения, нежность. А не вот этот букет.
Откинулась на широкую грудь, которая все так же пахла его любимыми булочками, сейчас запах притупился, вот только мои чувства от этого невероятно обострились. Если раньше для Мур был просто человеком, то теперь я восседала на коленях у мужчины.
«Что ж да будет так!»
Расслабилась и начала свой рассказ. Как после известного раута мамина глупая дочь загадала желание, побывала в гостях у повелителей кошмаров и потом щеголяла в волчьей шубке.
Мое исповедание затянулось на всю ночь. Мама время от времени приносила чай с печеньем, к которому Верн даже не притронулся. Он сидел ниже воды и тише травы, казалось, боялся и пошевелиться. А я в теплых объятьях, даже не заметила, как забрезжил рассвет.
Сцедила усталый зевок в ладошку, мама откровенно куняла и я, поерзав на таких уже родных коленях, ненадолго закрыла глаза.
Глава XXX
Ласковый лучик солнца плясал на моей щеке. Пробуждение от него было настолько нежным, что я, даже не открывая глаз, улыбнулась рассвету.
Стоп.
Моя спальня находится с восточной стороны дома и солнце светит в окно, только когда отправляется на покой.
Распахнула резко глаза.
И действительно. Мое тело попутало день с ночью и от этого слегка заболела голова.
Ничего, скоро пройдет. Главное, что я человек в своем собственном теле. Вон и маменька тихо посапывает в кресле.
Почему она не пошла к себе? Вероятно, боялась, что я опять провалюсь в беспробудный сон, а может, и просто привыкла за долгие дни ожидания пробуждения. Ведь явно родимая здесь караулила каждую ночь. А учитывая, что мы с Верном прошлой ей не давали спать…
Верн!
Покрутила головой по сторонам, и моя счастливая улыбка сползла с лица.
- Как себя чувствуешь дорогая? – услышала я со стороны кресла.