Между гор дул холодный ветер. Очнулась она на руках у Вольфа. С мрачным видом он смотрел куда-то вдаль.
– Где это мы – спросила она поёживаясь от холода. Словно не расслышав вопроса, он выдавил из себя сквозь зубы
– Я же просил тебя не подходить к ней близко, даже на трёх ногах волчица с выводком очень опасна. Сандра понурила голову
– Прости, я такая безалаберная – освобождаясь из его объятий
– Посмотри вокруг – задумчиво – ничего нет нового под солнцем и луной, день сменятся ночью, заря, снова день. Всё те же горы, лес и вода, люди, звери всё бренно в этом Мире. Обсолютно всё приходит и уходит, как вода в роднике вливается в реку, чтобы достичь океана и исчезнуть в его серых водах. Так и мы когда нибудь превратимся в пыль и по нашим костям превратившимися в землю, пройдутся табуны лошадей или люди. Пожирая и топча траву которая вырастит из нашей бывшей плоти. Всё это грустно – подсаживаясь ближе к ней – Да грустно, но не всё ещё потеряно для нас
– В смысле?
– Мы же волки
– Ты может и волк, а как же я?
– Запомни Сандра, ты такая же волчица, как и та которую ты кормишь.
– Да ну брось, какая я волчица
– Ты родилась волчицей, но ты не знаешь об этом, необязательно иметь серый мех и ходить на четырёх лапах. Волк это состояние души. Когда то в древности, люди дружили с волками, спасали целые народы от гнева богов, прятали людей в пещерах, защищали их. Вскармливали человеческих детей своим молоком когда умирала их мать, отчего те становились смелыми, мудрыми, сильными. Эти дети впоследствии создавали целые империи. Из зависти, люди поссорились с волками и стали их безжалостно уничтожать – немного помолчав, задумчиво продолжил – В детстве тебе никогда не хотелось взвыть от обиды, несправедливости или от боли?
– В детстве я никогда не была плаксой, но желание выть на луну, у меня периодически появлялось, особенно в полнолуние.
– Я же говорю, что ты волчица
– Мне не нравится когда говорят; воет как волк – это неправда, они поют. В их песнях боль за несправедливое прошлое, неопределённость будущего, рождение новых волчат, бравада о победе за территорию, а иногда прежде чем умереть, они поют прощальную песню. Хочешь спеть со мной?
– Я не умею
– Попробуй, звук должен идти из самого горла, он должен быть как крик души, словно зов сердца. Смотри как я делаю и присоединяйся ко мне. Вольф запрокинул голову назад, закрыл глаза и издал протяжный звук
– Оуууу, затем повтор с небольшим отрывом, оуууу отдаваясь мелодичным эхом в горах. Вены на шее Вольфа невероятно раздулись, лицо стало напряжённым. В ответ на его песню кто-то запел у подножья соседней горы, затем где-то слева, сзади, все эти звуки слились в стройную какофонию. Не выдержав, Сандра копируя Вольфа запрокинула голову назад и запела
– Оуууу! Оуууу! – но только звук вышел хриплым, сиплым и под конец сорвался. Наступила тишина
– Я же знала, что у меня ничего не получится – с сожалением в глазах
– Довольно таки неплохо для первого раза
– А почему, тогда все замолчали? В это время, на скале, что была за пролеском внизу запел крупный волк, его голос сильно отличался от других он был сильным и густым, Сандра почувствовала, как мурашки пошли по телу. Вольф улыбнулся и запел ему в ответ
– Что это было – спросила Сандра, вытаращив от ужаса глаза
– Вожак стаи спрашивает меня, кто это с мной?
– Что ты ему ответил?
– Моя будущая жена
– Послушай Вольф уже поздно, мне надо срочно домой
Весь вечер у Сандры было приподнятое настроение. Она немного позанималась с детьми, помогая им делать уроки, приготовила жаркое для Эйдера на ужин. Во всём теле у неё чувствовалось лёгкость, прилив сил, ей хотелось кричать и смеяться, даже кухня которую она недолюбливала, теперь казалась ей храмом высокой кулинарии, что-то вроде натюрморта с фруктами и дичью. Такие ощущения у неё были в юности, когда её молодое тело переполненое буйными гормонами требовало мужской ласки и любви.